?

Log in

No account? Create an account
Хроники Пайсано
 
[Most Recent Entries] [Calendar View] [Friends]

Below are the 20 most recent journal entries recorded in Пайсано's LiveJournal:

[ << Previous 20 ]
Thursday, December 31st, 2020
11:59 pm
Вводная
Пара слов о том, как здесь все устроено:

1. В этом журнале публикуются Хроники Пайсано - байки из моей жизни, облеченные в соответствующую художественную форму. Хроники основаны на реальных событиях, которые, однако, художественно преломляются извращенным сознанием автора, что категорически препятствует документальной точности.
2. В память о Веничке Ерофееве и его эссе "Шик унд блеск иммер элегант" Хроники пишутся по-русски, а называются по-английски.
3. В некоторых Хрониках Пайсано - о, ужас! - попадаются матерные слова. В тех случаях, когда концентрация мата достигает более пары слов на Хронику, Хроника скрывается под надписью "Дальше матом". Кликать на эту надпись можно и нужно, но не говорите, что я не предупреждал - под ней скрывается виртуозная матерщина и довольно грубый юмор.
4. Однажды до меня дошли слухи, что эстеты разыскивают мои комменты к чужим журналам через Яндекс.Блоги, а кто-то даже подписался на них через RSS. В связи с чем в моем журнале появилась новая рубрика Comments, в которую я выношу программные комменты. Комменты в эту рубрику выносятся как есть, без заглавных букв и со всей ерундой, которую я написал. Некоторые тексты в рубрике Comments бывают собраны из нескольких комментов.
5. Треды, из которых взяты комменты, можно легко найти через Яндекс.Блоги, опция "искать в комментариях жеже-юзера Пайсано". Если тред не ищется, значит, он был в чьей-то подзамочной записи, и ссылки на такие записи я принципиально не даю.
6. Иной материал к публикации не предполагается, но, тем не менее, иногда появляется в посте "Новости". "Новости" обновляются двумя путями: изменением даты и дописыванием к старому и стиранием поста и написанием нового. В связи с последним способом просьба ничего особо ценного в комменты к "Новостям" не класть.
7. Хроники Пайсано - это литературное произведение, а Пайсано - человек. Обращаться ко мне "дорогой Хроники Пайсано" не более осмысленно, чем обращаться к Льву Толстому словами "дорогие Война и Мир".

Френд-политика: к тому, что меня френдят, отношусь положительно. К тому, что не френдят или расфренживают - наплевательски. Сам френжу только с целью чтения, написания полемических комментов и устраивания в комментах бардака и анархии. В связи с чем не френжу в ответ или для выражения симпатий, а порой даже не френжу в целях сохранения взаимных симпатий. Подзамочных записей я принципиально не пишу, поэтому проситься ко мне в друзья бессмысленно.
Monday, June 17th, 2019
7:47 pm
Comments: New Asceticism
Кмк, в современном мире, в условиях материального изобилия, повышается ценность аскезы. Иначе в лучшем случае станем такими жирными, что перестанем пролезать в двери, а в худшем - устроим постановку "Хищных вещей века" на всю планету, слег там всякий и вот это все.

Современные "смотрящие по шансону идеологии" это, в принципе, понимают - отсюда вся эта экология и зеленые, экономь воду, экономь то-се, и отсюда же вся мода на ЗОЖ и, прости Г-ди, фитоняшки. Людей по новой приучают к аскезе, а то распустились тут со своим разумным эгоизмом и гедонизмом как двигателем экономического роста.

Плюс решается дополнительно проблема растущего социального расслоения, которое, в отличие от традиционной деревни, лезет всем в глаза и не имеет обоснования, за какие такие заслуги богатый богат. Вот бедного человека теперь заново приучают гордиться своей умеренностью и праведностью. "Ну да, я нищеброд, но зато я стройный и экономлю воду, в отличие от жирного адвоката в своем гольф-клубе" Жирные адвокаты, впрочем, тоже худеют и начинают косить под зеленых, покупая Теслы - и хорошо, меньше лезут в глаза со своим богатством тому абсолютному большинству, которое живет от зарплаты до зарплаты. Так и раньше было, всякие бароны босиком на богомолье ходили - недалеко, конечно, но нужная видимость создавалась.

Соответственно как открутить назад сексуальную революцию - это не проблема вообще, придут ханжи и феминистки, уговорят девушек, что выглядеть привлекательно дурно, приплетут объективацию какую. Плюс убедят их в том, что непрошенный поцелуй в щеку, не говоря уж шлепок по заднице - такая поруха девичей чести, что надо поднять на уши весь университет. Я вон почитай год получаю апдейты про то, как на кампусе ловят эксгибиционистов, кому-то не лень позвонить в полицию из-за того, что ему или ей из окна машины показали половой хуй (при том, что забава, именуемая mooning, была еще 20-30 лет назад адово популярна).

Ну и будет у нас новое викторианство - юноши будут стоять от девушек на расстоянии метра, мало ли что, девушки начнут носить юбки в пол и просторные штаны, чтобы не объективироваться, ну и кому охота попасть в ситуацию, когда надо звонить в полицию и устраивать скандал. Нормальным людям неохота, нормальным людям проще не краситься и юбку в пол.

Другое дело, зачем все это, какова у аскезы цель. Раньше-то понятно, в рай попасть, а теперь с целью аскезы плохо. Старое понятие о благе порушили, а голым гедонизмом не проживешь, бредем от него в "ледяную пустыню, по которой бродит лихой человек" (с) Победоносцев. Я реакционер, я считаю, что надо держаться корней и возвращаться к религиозным запретам, там все обоснования аскезы давно подбиты и друг к другу подогнаны. Современное общество пытается придумать что-то еще, возможно, лажанется и вернется к религиозным запретам, возможно, придумает какую-нибудь тюремную систему общества типа общины Кальвина. Многие, многие, чающие свободы, "запрещать запрещается" и "что никому не вредит, то можно" будут сильно разочарованы.

Ну и да, сильно не хватает карнавала, протестантсткая мораль довольно душная, она слишком всерьез и без понятия о том, что такое послабление (ну что оно не навсегда и обязательно зачем-то). Западная мораль радикально протестантская, не повезло нам жить в эпоху ее господства. Те же радикальные исламисты, вид сбоку.
Wednesday, May 15th, 2019
5:43 pm
Comments: Either-Or Fallacy
И вот кстати. Очень часто призыв "кончать с war on drugs" совпадает с призывом к лигалайзу во все поля, уж не знаю, как у вас. Либо war on drugs, либо лигалайз, tertium non datur.

Помимо очевидного пелевинского Дальше матомCollapse )
Tuesday, April 23rd, 2019
7:12 pm
Comments: At Gunpoint
Между нами говоря, люди стремятся не столько ко всеобъемлющему, сколько ко всеобязательному знанию. Многие могут примириться с отсутствием у них знания про всех живших на земле поэтов, какие из них хорошие, какие плохие. Вот с чем примириться куда трудней – это с тем, что твое мнение про любимого поэта не разделяют. Ты говоришь, что Гумилев гений, а тебе отвечают, что рифмоплет.

В этот момент обычно очень хочется, чтобы под рукой оказалась некая виртуальная дубинка, с помощью которой можно заставить оппонента признать правоту именно твоей точки зрения. В компаниях с простыми нравами в случаях такого расхождения во взглядах, чемпион Спартак или не чемпион, обычно предлагают дать в морду. Более сложные натуры предпочитают иметь под рукой неопровержимые логические и научные доводы, чтобы противника загнать в угол и поставить перед выбором "либо я прав, либо ты неуч и дурак".

Именно поэтому у многих и многих есть потребность защищать свою веру, этику и эстетику с помощью логики и научных данных. Корявость защиты обычно компенсируется тем, что логика и наука, в отличие от проповеди, именно заставляют согласиться. Они дают власть. Во время оно про это стремление к власти всеобязательных истин хорошо и много писал Лев Шестов.

А в наше интересное время многие люди не парятся и так с самого начала и провозглашают, что у них мировоззрение основано на научных принципах. Чтобы перейти к принуждению прямо сразу, без подготовки. Мне даже интересно иногда становится: а что, их картина мира столь непривлекательна, что на нее можно уломать только силой?

Поэтому мне кажется, эти попытки "расширять границы науки" просто свидетельство внутренней неустроенности людей, которые пытаются выбить из науки ответы на вопросы, на которые она ответить не может. Скажем, человек в силу каких-то несовершенств или неудовлетворенных желаний не может совместиться с готовыми, давно опробованными этическими системами, и начинает выдумавать себе "научную мораль".

Я же не раз приводил этот пример, и выше в каментах тоже: что делать с машиной, которая пытается отличать гениальные стихи от графомании, если она дает не тот ответ, какой дает человек? Ясно что, править программу. Потому что человек здесь все же конечный авторитет. С него начнем, им же и кончим. И смысл в таком путешествии из точки А в точку А? Ну построим мы "модель гениальности стихотворения", которая будет путем всяких манипуляций, вероятно, не имеющих отношения к реальности, копировать вывод грамотного литературоведа. Не проще ли сразу спросить литературоведа?
Tuesday, April 2nd, 2019
10:47 pm
Commitment
На пленарных докладах на конференциях, которые здесь называются keynote address, я бывать избегаю, потому что чаще всего на них скучно – или не моя тема, или докладчик пытается описать всю науку в целом, или докладывает что-то странное, что обычно докладывать не дадут, ну или хотя бы не станут слушать. Но иногда я на пленарные доклады все же захожу, и порой таки удачно.

Например, уже почти лет десять назад, через пару лет после последнего кризиса, я попал на доклад, который с самого начала пошел хорошо. «Однажды ко мне пришел мой друг, профессор теологии, - рассказывал докладчик, - и сказал мне, сетуя на кризис и обвиняя в нем жадных банкиров: «Вам, финансистам, надо чаще думать о морали!» Отличная идея, сказал я, и взял у него пару дюжин книжек на почитать – про корпоративизм и конкордат».

Дальше докладчик стал, как и положено, показывать таблички с регрессиями и пояснил жующим за конференционным обедом ученым мужам, что от корпоративизма замедляется экономический рост. «Мммм, - ответили жующие ученые мужи. – Вестимо, если максимизировать не прибыль, а что-то еще, прибыль будет меньше. А условный оптимум не бывает лучше глобального». Но докладчик раздухарился, поведал, предъявив еще табличек, что влияние корпоративизма на имущественное неравенство невелико и сомнительно, и помогает он дай Бог нижнему децилю, но уже вряд ли нижнему квартилю… Многие тем временем ждали финала, и докладчик не подвел и тут.

«Когда я написал эту статью, я показал ее своему другу, профессору теологии, - заключил докладчик. – Он долго ее читал, вникал, а потом поднял на меня глаза и спросил: «Ты на что, ученая морда, намекаешь?» Я ответил, что конкретно ни на что, я просто добрался до данных, гоняю регрессии, и вот еще придумал такую количественную меру степени корпоративизма… «Знаешь, - вздохнул мой друг, профессор теологии, - вам, финансистам, все-таки не стоит думать о морали»».

Это была присказка, а сказка сегодня будет про английское слово commitment, которое на русский толком и не переведешь: «обязательство, сознательность, преданность делу партии…» Это слово в экономике всплывает часто: например, говорят, что центробанку сложно показать commitment к задаче понижения инфляции, потому что государство то и дело норовит заставить его напечатать денег и профинансировать бюджетный дефицит. Поэтому нужно сделать центробанк максимально независимым, чтобы утверждал его главу парламент, чтобы президент вносил кандидатуру его главы, но потом не мог уволить, и т.д. Вот тогда у центробанка в деле борьбы с инфляцией будет commitment.

Ну или вот на одной лекции лет 15 назад лектор объяснял нам так: Одиссей пообещал своим спутникам провести корабль мимо сладкоголосых сирен, но, начни сирены соблазнять Одиссея своим пением, уровень commitment у Одиссея оказался бы недостаточным, он бы прыгнул в воду и угробил корабль. Поэтому хитроумный Одиссей не только заткнул уши своей команде, чтобы не попрыгала в воду, но и сам привязал себя к мачте. Уровень commitment привязанного Одиссея резко возрос, потому что куда ты рыпнешься против крепкой веревки, и корабль он мимо сирен провел. А веревка, которой Одиссей привязал себя к мачте, говорил нам лектор, называется в таком случае commitment device. Тоже непереводимая игра слов с использованием местных идиоматических выражений.

И вот недавно мне попался в руки соцопрос под названием National Marriage Survey – я думаю, профессор теологии, который подбивал финансистов-эмпириков думать о морали, в этот момент икнул. Я полистал, посмотрел цифры – и какая, по-вашему, причина является самой-самой основной причиной разводов по мнению самих разведшихся? Lack of commitment, 73%. Ну вы понимаете, про кого я тут же подумал – про своего давнишнего лектора и Одиссея. Три четверти населения просят крепкой веревки. Не сказать, чтобы неправильное, а уж тем более неисполнимое желание – я вот могу назвать нескольких бодрых архиереев, которые любой стране переработают семейное право так, что лучше любой веревки: канонических поводов для развода у них целый список, обо всем подумали, даже об отпадении супруга от истинной веры и о свингерах (архиереи они такие, их жизнь помотала, как врачей скорой помощи, про них надо снимать клип на песню Шнура про ЗОЖ) – а, однако, и с таким предусмотрительным списком скрутят попы любого Одиссея, никакие сладкоголосые сирены не обаяют.

Вот, например, как с Анной Карениной было: старик Каренин развод-то ей давал, но ее это не устраивало, потому что ей хотелось с Вронским обвенчаться, а изменивших супругов разводят, но вторично не венчают, чтобы неповадно было. А на просьбу взять вину на себя, отдать ей сына и остаться и без наследника, и без шансов им обзавестись, старик Каренин удивлялся и спрашивал: «Не офигела ли ты в край, матушка?» А это все они, хитроумные Одиссеи архиереи – если нужна крепкая веревка, так будет вам крепкая веревка. Lack of commitment, понимаешь. 73%, видите ли. I’ll give you your shooter, как говорили цыгане в финале кинофильма Snatch.

В общем, тема интересная, я еще почитаю, вопреки заветам того самого профессора теологии, - я данные и статистику люблю. А пока немного приколов данного документа, выцепленных верным глазом рецензента. Например, к вопросу о том, что сумма процентов должна составлять сотню, если ответы взаимоисключающие: «Кто подал на развод, вы или супруг?» - две трети отвечают «я». (Нет, там нет дисбаланса полов среди респондентов, я проверял, там, похоже, куда более загадочное смещение в выборке – или в мозгах отвечающих). Или чуть другой прикол: «Считаете ли вы, человек разведенный, что вы сами должны бы были больше стараться сохранить брак? - Да, 26%». «Считаете ли вы, человек разведенный, что это ваш супруг должен бы был больше стараться сохранить брак? - Да, 62%». И после этого одна из самых популярных причин развода: отсутствие равенства в наших отношениях, 44%. Ну вы понимаете, чему я удивлен с такими респондентами – тому, что эта причина не набрала куда больше. Равенство, понимаешь. Минимум 36% только и знают, что все сваливать на другого, понимаешь. I’ll give you your shooter, соедините-ка меня с бодрыми архиереями.
Monday, March 11th, 2019
9:53 pm
Comments: Passions
Старым солдатам, не знающим слово "искушение", следует обратить внимание на слабый пол.

Но не в том смысле, в каком можно подумать, а поговорить с дамами, сидевшими на диетах, о том, как на них сидится. И окажется, что в этом деле трудность представляет не удержаться от набега на кондитерскую лавку и не не протянуть руку к случайной конфете.

Трудность состоит в том, что ты вот решил измениться, а твое окружение осталось прежним. Оно по-прежнему хряпает за обе щеки, не желает потреблять диетические блюда, особенно на праздники и в импровизированные чаепития, зовет тебя присоединиться к общему веселью и т.д.

Собственно, любой постящийся сталкивается с подобным, когда оказывается, что просто сходить пообедать на работе или остаться после работы на чей-то день рожденья и не оскоромиться при этом - та еще задачка. Между постами просто забываешь, сколько вокруг тебя еды со скоромными ингредиентами, если, конечно, между постами не блюдешь среду и пяток.

Вот точно таким образом нас и борют страсти. Не то чтобы одна рука непреодолимо тянется к рюмке, другая неостановимо тянется к юбке, а губы сами складываются в слово "хуй". А просто сама модель поведения пьяницы и сложившийся в результате круг его общения ежеминутно подталкивает его к питию, и постепенно капля камень точит.

Ровно тем же способом ловеласы постоянно попадают в ситуации, когда на них вешаются, и это не просто "взял да сдержался" - тут каждую минуту надо сдерживаться, пока не переменишь модель поведения, не станешь держать себя по-другому, говорить по-другому, смотреть по-другому.

А заядлый матерщинник постоянно попадает в ситуацию, когда без мата не скажешь. Который не матерщинник, тот просто не понимает. Ну прикуси язык, когда уронил на ногу молоток, а "написанное легко исправить". Люди, не попавшие во власть страсти, даже не догадываются, что ее потом надо преодолевать каждую минуту, до тех самых пор, пока не станешь совсем другим человеком.

Хотя, с другой стороны, даже удивительно иногда - ну как это так, практикующие христиане и никогда не боролись с искушениями? Ведь у каждого есть своя личная страсть, глубоко пустившая корни, в борьбе с которой все это поймешь. Нельзя же основывать свою праведность на "никогда не пробовал курить - и смотрите, не курю!"
Wednesday, February 20th, 2019
9:31 pm
Comments: Rightwing, Part 2
Я всегда так понимал, что это от радикального полевения нашего мира и от основной разницы между правыми и левыми. Правые осознают, что рай на земле можно построить только из идеальных людей, а потому в этике отдают предпочтение личному моральному совершенствованию, а прагматически принимают мир, как он есть, и действуют в нем, осознавая его и свою испорченность.

Левые же всегда считают, что есть такая волшебная система (коммунизм, национал-социализм, либеральная демократия, у кого какие фантазии), в которую людей можно загнать, какие они ни есть, и система выстроит рай на земле. Отсюда и лесть левых своим сторонникам ("вы прекрасны такие, какие есть" - читай "да похуй, какие вы, для нашей чудо-системы любые подойдут, главное правильные институты"), и безудержная дрочка на всякие там институты да честные выборы, которые якобы чего-то там гарантируют.

Именно поэтому реализация левых проектов всегда заканчивалась казармой для одних и концлагерем для других. Казармой - потому что оказывалось, что из простых грешных людей не построишь райское общество, и их приходилось и приходится все больше и больше взнуздывать правилами, законами и угрозами. Концлагерем - во-первых, потому что надо же объяснить "прекрасным такими, какие есть", почему рая на земле раньше не было. Потому что (подставить нужное) дворяне, евреи, white male privilege, злочинная влада, партия жуликов и воров, и т.п. Соответственно, мешающих раю на земле надо решительно выпилить: люстрировать, изгнать, сослать, посадить, расстрелять (опять же нужное подчеркнуть). Во-вторых, потому что левые верят в свой чудодейственный рецепт рая и очень злятся, когда он не работает. Как это так, сука, тебе уже почти коммунизм построили, кровь мешками проливали, а ты с колхозного поля три колоска украл?! Правый руками разведет - слаб человек, грешен, да еще небось и голоден. А у левого он получается вредитель, его можно даже всей толпой травить с пьянящим осознанием своей райской правоты.

А если вы скажете, что это я не про левых и правых, а про революционеров и консерваторов, то, очень может быть, что так оно и есть.
Sunday, February 10th, 2019
8:44 pm
Comments: Scientific Controversy
Какой-то странный у вас получается "научный спор". Один говорит А, другой неА, а потом оба идут и ставят эксперимент. Это больше напоминает спор приятелей, побившихся об заклад.

Наука делается в форме статей. Каждая статья должна иметь какую-то идею. Бывают большие идеи, как в статьях Нэша или Эйнштейна. Бывают маленькие, как у рядовых ученых.

Атаковать чужую идею, "он А, а я ему неА" это не слишком креативное занятие, это не поощряется. Конечно, иногда разломать очень большой результат более ценно, чем придумать небольшую новую идею, но тот, кто говорит "неА", всегда ставит себя в подчиненное положение по отношению к тому, кто говорит "А".

Конечно, иногда сам процесс разламывания отличается оригинальностью, какой-то новый эксперимент придумал человек, новый способ работы с данными. Но чаще всего разламывание происходит из-за того, что кто-то пишет "в сторону", совсем про другое и по-другому, и все вдруг понимают, что по-новому интереснее и бросают старое. Тот же Эйнштейн не усовершенствовал теорию Ньютона и не писал ее отрицание, а придумал свою теорию.

То есть "научных споров", как вы их описываете, практически нет, существующие "научные споры" больше напоминают споры символистов и футуристов и решаются схожим образом.

Например, Перельман крут не потому что правильно доказал теорему, а потому что доказал именно гипотезу Пуанкаре. Доказал бы он какую другую, столь же правильно, никто бы и внимания не обратил. А почему так важно было подтвердить именно гипотезу Пуанкаре? А потому что консенсус ученых мужей так постановил, что это интересная гипотеза, а есть еще тыща гипотез, они неинтересные, их можно тоже подтвердить или опровергнуть, но за них даже степень не дадут.

Наука она вообще не о правильных результатах, а об интересных. И именно интересностью результатов определяется научная репутация ученого. Правильные-то результаты может получать любой выдрессированный лаборант. Ну поставил эксперимент, получил результат - это не важно само по себе, в отрыве от научного контекста. Ну прав ты, и что, всем пофиг.

А кто решает, какой результат интересный, а какой нет? А опять же консенсус ученых мужей, каждый из которых пользуется своим "революционным чутьем".

И ровно так же присваиваются ученые степени и звания: обладатели этих степеней и званий собираются и решают, интересные ты вещи делаешь или нет. То, что у тебя вычисления правильные, и эксперименты правильные, предполагается, но ничего не гарантирует. Очень похоже на апостольскую преемственность у попов, кстати.

Или вот говорят, акмеисты играли в такую игру, с подачи Гумилева, которому было не чуждо чинопочитание: "Кто тебя признал?" Гумилева признал Брюсов, Ахматову признал Гумилев (гусары, молчать!), ну а если Лидию Чарскую никто не признал из тех, кого самого признали, а только Чуковский поглумился, то опаньки Лидии Чарской.

И поэтому же редакторы научных журналов руководствуются "революционным чутьем", а не "научным подходом". Поверьте человеку, который для них написал добрую сотню рецензий. Основной вопрос для рецензента - это "интересная ли работа и занимательные ли в ней результаты". Если рецензент чувствует, что статья уныла и/или что результаты тривиальны и до них можно догадаться без статьи (статья представляет доказательство, но рецензент говорит "я бы поверил и так"), то рецензент статью зарубит. Как вы понимаете, это совершенно интуитивное решение, не подверженное никакому научному анализу - что мне интересно и во что я верю без доказательства.

Редактор, который принимает итоговое решение и выбирает рецензента (с прицелом на нужное решение), в целом делает то же самое. Никто не проверяет доказательства, не роется в данных и т.п. И даже на основании "что-то в этих результатах не так" никто не зарубает статью, кому охота потом возиться с автором, который пришлет апелляцию и будет доказывать, что все так. Потом, если статья прошла первый фильтр "интересности и занимательности", могут немного повозиться с деталями, применяя т.н. "научный подход", тестов там новых запросить. И то пару лет назад один редактор написал воззвание: "Не возитесь вы с этими деталями, если статья действительно годная, аспиранты коллеги уже после публикации повозятся".

И кстати, новые теории всегда объясняют меньше старых, потому что старые десятилетиями допиливали лобзиком и напильником и подгоняли под реальность. Новая теория обычно приходит в форме: "А вот я умею объяснить одну-две вещи, с которыми старая теория мается, и не просто скучным допиливанием, а совсем другая у меня новая идея". Если новую теорию начать долбать вопросами: "А может ли она объяснить и то, и это, что старая объясняет", - любая новая теория в первые несколько лет, а то и десятилетий своего существования капитулирует. И выживают новые теории за счет энтузиазма и кредита доверия: "Ну-ка, ну-ка, интересная штуковина, а что если ее подопиливать лобзиком и напильником тоже? Или новенького чего в нее подкинуть? Все равно не работает, зараза? А мы ее еще вот так! … Работа кипит, жить стало лучше, товарищи, жить стало веселее!"

А широкая публика смотрит с высоты птичьего полета, и диалог между научными школами воспринимает как вечное "А против неА", где А - это некая парадигмальная вещь, типа "влияет человек на глобальное потепление или нет".

У нас в финансах тоже есть школа, которая объясняет функционирование финансовых рынков исходя из предположения, что инвесторы рациональны (rational asset pricing). А другая школа (behavioral finance) - исходя из предположения, что инвесторы (некоторым образом) иррациональны.

Если смотреть с высоты птичьего полета, то кажется, что все статьи первой школы говорят "инвесторы рациональны!", а все статьи второй школы "инвесторы иррациональны!", и так этот скучный спор длится десятилетиями.

А если взять по статье каждой школы даже про один и тот же феномен и разобраться, то получится, что одна находит в нем такие-то признаки рациональности, а другая - совсем другие признаки иррациональности, и в принципе основные идеи двух статей разных школ не взаимоисключающи даже. Потому что ну может же быть такое, что феномен объясняется рациональными причинами (скажем, риском) на 70%, а иррациональными на 30%, или наоборот. Ну вот просто разный у разных школ источник вдохновения, разный способ производить тестируемые гипотезы.
Sunday, February 3rd, 2019
9:37 pm
Comments: Engagement and Empowerment
Мне кажется, вы рассматриваете "вовлечение в политический процесс" и "мирные средства для выражения недовольства" как синонимы, а это совершенно не так.

Современное "вовлечение в политический процесс" похоже на вовлечение футбольных фанатов в футбол. Плачущие от избрания Трампа или скачущие за европейский выбор о своей выгоде вовсе не думают, а если думают, то в магических терминах ("заведем честные выборы - и сразу намного лучше заживем").

А выражать недовольство конкретными вещами можно и не вовлекаясь в политический процесс. Ну вот как бывает забастовка из-за денег, а бывает с политическими требованиями.

Вот от этой разницы и проистекает весь современный тоталитаризм: и жесткие формы, когда бюргеры как по команде кошмарят евреев по всей стране, и мягкие формы, когда митинговать можно только за права гомосеков, а более простое и понятное недовольство (Фергюсон, Химейер, Bundy standoff) подавляется железной рукой, даже без особых попыток переговоров и компромисса. (Заметьте, кстати, как простые вещи, особенно первое и третье, быстро переводятся в идеологическую плоскость, и вместо поиска компромисса из них делают телевизионную картинку и дискуссии про расизм и какое-нить либертарианство).

Просто надо понимать, что современный идеал гражданина - это футбольный фанат. Он должен предсказуемо звереть от слов-маркеров (гомофобия, тирания, буржуй, антисемит, троцкизм, демократия), и этим его "вовлечение в политический процесс" тащемта ограничивается. Остальное решит правящая олигархия, а массы пусть митингуют за химеры типа "европейского выбора" или, напротив, "брекзита", связанные с их повседневной жизнью чуть менее, чем никак.

Я в Америчке живу 14 лет, видел уж и контроль республиканцев над Белым домом, конгрессом и сенатом, и контроль демократов над ними всеми, и президента-демократа с республиканскими конгрессом и сенатом, и прочие комбинации. И знаете что - власть меняется, а жизнь ни фига не меняется. Как все шло, так и идет. "Голосуй, не голосуй, все равно получишь ..." Ну, понятно, война в Ираке, браки гомосеков - но не военным и не гомосекам что с того? Никакого эффекта. Даже обамакер - сначала цена страховки сильно скакнула, в первые два года, потом стала намного медленнее расти, чем раньше - на круг в среднем за 6 лет тот же темп роста, что до этого. А вы говорите, "пало правительство". И что изменилось, кроме "наши/ненаши победили"? Одно футбольное фанатство все это.

При этом нельзя сказать, что в стране ничего вообще не меняется. Например, на мою жизнь весьма влияет политика центробанка ака ФРС, без его quantitative easing я бы не взял такую ипотеку, которую взял, и жил бы в куда меньшем и худшем доме. Или вот постоянно меняющиеся правила шмона в аэропорту на меня влияют, как на часто путешествующего.

Ставилось все это когда на всенародное голосование? Да бугага, кто ж даст сиволапым голосовать за то, как их в аэропорту шмонать. Чиновники разберутся. А выбрать дурилку в конгресс - это пожалуйста, развлекитесь.

Конечно, можно заметить, что "падение правительств" волнует избирателя сейчас не настолько, насколько денежная реформа Алексея Михайловича волновала бунтовщиков. Воевать против Трампа или за Трампа никто не пойдет. Соответственно результаты соразмерны желанию. Ничего не хочешь, так чтобы кровь из носу - ничего и не получишь. Это верно, но, как я и говорил, бутафорское "падение правительств" на современных выборах не стоит тогда сравнивать с Медным бунтом, совершенно другая ситуация. А то придумали: "авторитарная власть всегда сменяется с кровью, а демократическая постоянно меняется, и никаких беспорядков". Да нет же. Одно дело - сытые обыватели меняют Петю на Васю, не ожидая от этого ничего, кроме фанатских радостей. Другое - доведенные до отчаяния бедняки штурмуют царскую резиденцию и лезут на вооруженных солдат с голыми руками.

А с чем тогда сравнивать? А вот пойдите сравните с Фергюсоном. Или с очередным бунтом фермеров. Что же мы увидим, выдают ли виновных на расправу, как при Алексее Михайловиче, жестком и властном царе? Да нет же. А почему? А потому что Принципы, никак нельзя, чтобы в Фергюсоне был суд не такой, как везде, и полиция не такая, как везде. Закон превыше всего.

Я помню, в 11ом классе мне учебники все мозги продудели про упертого Николая Второго, который схватился за свою самодержавную волю и не желал ни в чем уступить. Вот нынешние законопоклонники они такие же. Николай думал, что Богом поставлен управлять по своей воле и потому властью поступиться никак не может, и современные власти думают в целом так же. Есть закон, есть процедуры применения/изменения, а если народ недоволен, так и пес с ним.

И кстати, я всецело за то, чтобы йомены выбирали местную власть, устраивались сами и жили как хотели. Это не политика, это нормальное человеческое общежитие. Без голосования за глобальное потепление и прочие медийные истории, без оголтелого разделения на партии. Скажем, в университетах так до сих пор живут, и если на каком факультете заведутся партии, туда приходит делегация из ректората, уговаривать людей попуститься и прийти в разум.
Thursday, September 27th, 2018
10:43 am
Comments: Romanticism, Part 2
Ну ОК, давайте я вам изложу довольно последовательную, кмк, и в целом романтическую позицию.

Ни этику, ни онтологию невозможно обосновать строго логически (см. Кант). Поэтому не существует общеобязательных истин о том, что существует на самом деле. Например, Бог или число - существуют? Закон всемирного тяготения - это наша попытка упорядочить хаос наших ощущений, или нечто, что существует независимо от нас? И так же не существует общеобязательных истин о том, что такое добро и зло. Это не математика, в которой теорема Пифагора и в Африке теорема Пифагора. Собственно, засим усе, как говорят японцы. Общечеловеческим ценностям строго логический карачун.

Это, заметьте, романтики, а не постмодернисты или конструктивисты, романтики Канта читали больше других, все-таки соотечественник и чуть ли не старший современник.

Следует ли из этого, что нет ничего объективно существующего, и невозможно сказать, что такое хорошо и что такое плохо? Да с чего бы, есть масса вещей, о которых мы не знаем, а они спокойно существуют. Просто рациональное мышление для познания этики с метафизикой непригодно, другая область. Эти вещи постигаются поэтически - читайте там Пушкина, или Гельдерлина, или Белого и познаете истину. Или вот ода Бог есть хорошая.

Как следствие, истины получаются спрятанными в язык, от чтения подстрочника Пушкина или, еще хуже, перевода "был Кочубей богат и горд", выраженные Пушкиным истины не познаешь. Вот вам и связь ценностей и культуры.

Могут ли быть у нескольких культур какие-то общие ценности? Да конечно, должны даже быть. Истина-то одна. Можно двум людям разных культур встретиться и найти точки соприкосновения. И даже Шекспира на язык родных осин можно перепереть, что-то потеряется, но что-то и останется.

Но это не отменяет того, что истины живут внутри культуры, там происходит их познание, раскрытие, дискуссия о них. Для этого потребен живой язык (а не узенькая логика) и, соответственно, владение языком как родным. Даже Шекспир к нам приходит через Лозинского или Пастернака, оригинала Шекспира в русской культуре нет.

Что делать с теми местами, где разные культуры разнятся? Ну это как с религиями: либо мы все ощупываем одного слона, либо "всякий народ до тех пор только и народ, пока верует в то, что своим богом победит и изгонит из мира всех остальных богов" (с) Шатов. Выбор производится по ситуации, в зависимости от радикальности расхождений, от взаимного добродушия, взаимной заинтересованности и прочего. (Заявления "у нас тут общечеловеческие ценности, кто не согласен, тот редиска" обычно активируют в ответ "программу Шатов", что неудивительно).

"Жизнь и минимальное благополучие людей" это какие-то упаднические ценности, так и до "сапогов выше Шекспира" недалеко. Ценности и начинаются с того момента, когда не жалко ради них пожертвовать благополучием и даже жизнью (своими, иначе нещитово). Если не жалко, значит, ценность. А если легко переводится в бабло - то просто товар. (Может, конечно, вы просто оговорились про это «благополучие», может, это просто от того, что вы общий знаменатель ищете - так вы его не ищите, общий знаменатель — это всегда примитив).

А если вы спросите, как же без общего знаменателя - а никак же, в индивидуальном порядке. Какое мне или вам дело до сосуществования русской и японской культуры? Встретим японца, будем с ним индивидуально налаживать отношения. Если нужно, а если нет - то и пес с ним.

И в межгосударственных отношениях то же самое, если не стараться построить мировую империю и глобальный человейник. Встретятся правители, прикинут общий интерес, на чем-то сговорятся на время. Никакой вечной дружбы, никакой "приверженности общим ценностям", мозгомойство это все. За вечную дружбу обычно стоят только те, кто с нее нехило пользуется.
Wednesday, August 29th, 2018
11:58 pm
Comments: Romanticism, Part 1
Романитики, вообще-то, первые в долгой современной традиции поэтического раскрытия метафизических истин. По сравнению с предшественниками, они поставили все с ног на голову: стали утверждать, что поэзия выше философии, потому что она может открывать те истины, которые философам недоступны. До романтиков было наоборот: метафизический смысл поставляли философы или богословы, а поэты его выражали. А после кантианской революции, когда стало принятым мнение, что рациональное/философское осмысление метафизики невозможно, появились романтики, которые эту роль переложили на поэзию.

Собственно, за ними этой дорожкой последовали практически все, от Гегеля до Хайдеггера. И именно эта философская мода философствовать при помощи произведений искусства дала нам всякие инсталляции, перформансы, Черный квадрат и банку супа как искусство. Эстетической ценности ноль, но автор что-то силится нам сказать.

Соответственно раз уж искусство ищет высшие/вечные истины, а не просто радует глаз, то "правда всегда одна, это сказал фараон". Думаю, какой-нить Новалис был бы в ужасе от вашей попытки приписать ему утверждение о несоизмеримости национальных культур и отсутствии критериев для их сравнения, "каждый сам себе критерий".

Впрочем, от идеи "внешнего аудита" культуры каким-нить журналистом-пропагандистом, феминистским критиком или еще каким представителем "общечеловеческих ценностей" и "гуманизма" он был бы в не меньшем ужасе. А то и в большем.

Поэтому прошу прочувствовать: в учении романтиков не попы или идеологи посылают поэта писать гимны, а поэт сам отправляется за окончательной истиной, и уж что он принесет, то принесет, ему видней. Принесет Киплинг "несите бремя белых" или Бродский "строчки из Александра, а не брехню Тараса" - судить их могут только собратья по цеху, по канонам поэзии, а не политизированные чудики, давшие Алексиевич Нобелевку. В принципе, все мы в этом смысле немного романтики, политизированная кройка искусства любому культурному человеку сейчас противна.

Я, кстати, философов-романтиков весьма ценю, в смысле тех, которые были, а не тех, которых вы себе представляете. В частности, любой такой философ был бы немало озадачен вашим выражением "приоритет человеческих ценностей над культурными". Как вы себе представляете человеческие ценности вне культуры? Как вы их будете передавать, обосновывать? Нет же логического обоснования ни этики, ни метафизики, спасибо Канту, хитроумному калининградцу.

Все эти ваши человеческие ценности они инсталлируются путем прочтения "Геккельбери Финна" да "Записок охотника". А путем прочтения Старшей Эдды инсталлируются немного другие ценности, тоже вполне человеческие, но не совсем совместимые с "борьбой мирными средствами". Соответственно можно легко и правильно заподозрить, что вы ведете речь о приоритете некоторых ценностей вашей любимой культуры над любыми ценностями других культур. Что тащемта ровно то, что вы пытаетесь найти у националистов, дабы их обвинить. "Советский, антисоветский, какая разница!" (с) Довлатов.
Monday, August 20th, 2018
6:53 pm
Comments: Justice and Mercy, Part 2
Ну и в принципе, такая "свобода", когда вон в предыдущем посте мне человек даже ответить стесняется, что у них на работе делают со сторонниками Путина, - вот это меня возмущает. Я ж на Чехове да Галиче вырос, я ж не могу так просто отмахнуться, что меня лично это не касается, значит, можно считать, что этого нет. У тебя, небось, какие болотные сидельцы или плясуньи из храма болят, а у меня - травимые за дурацкий твит студенты, мне они кажутся такими же отверженными, как старик в вагонзаке из воспоминаний Бродского. Я бы даже на митинг сходил, в защиту травимых за собственную дурость, но в "свободных странах" не бывает по такому поводу митингов, прям как в CCCРе.

Повешу уж опять кусочек из Бродского, который я уже тут в каментах пару раз вешал. Но великие слова не грех повторить еще раз:

"Это был, если хотите, некоторый ад на колесах: Федор Михайлович Достоевский или Данте. На оправку вас не выпускают, люди наверху мочатся, все это течет вниз. Дышать нечем. А публика — главным образом блатари. Люди уже не с первым сроком, не со вторым, не с третьим — а там с шестнадцатым. И вот в таком вагоне сидит напротив меня русский старик — ну как их какой-нибудь Крамской рисовал, да? Точно такой же — эти мозолистые руки, борода. Все как полагается. Он в колхозе со скотного двора какой-то несчастный мешок зерна увел, ему дали шесть лет. А он уже пожилой человек. И совершенно понятно, что он на пересылке или в тюрьме умрет. И никогда до освобождения не дотянет. И ни один интеллигентный человек — ни в России, ни на Западе — на его защиту не подымется. Никогда! Просто потому, что никто и никогда о нем и не узнает! Это было еще до процесса Синявского и Даниэля. Но все-таки уже какое-то шевеление правозащитное начиналось. Но за этого несчастного старика никто бы слова не замолвил — ни Би-Би-Си, ни «Голос Америки». Никто! И когда видишь это — ну больше уже ничего не надо… Потому что все эти молодые люди — я их называл «борцовщиками» — они знали, что делают, на что идут, чего ради. Может быть, действительно ради каких-то перемен. А может быть, ради того, чтобы думать про себя хорошо. Потому что у них всегда была какая-то аудитория, какие-то друзья, кореша в Москве. А у этого старика никакой аудитории нет. Может быть, у него есть его бабка, сыновья там. Но бабка и сыновья никогда ему не скажут: «Ты благородно поступил, украв мешок зерна с колхозного двора, потому что нам жрать нечего было». И когда ты такое видишь, то вся эта правозащитная лирика принимает несколько иной характер"

Вот, мне кажется, это очень важно понимать, что самые несчастные и нуждающиеся в сочувствии - это те, кто одинок перед всеобщим равнодушием и пренебрежением, кому никто не скажет "ты прав, ты благородно поступил, я на твоей стороне". Те, из-за кого митинги у суда собираются - тем уже помогли, даже если судьба их от этого вроде не изменилась.

Бродского ты, увы, не поняла совсем. Он не говорил, что старик осужден несправедливо. Что он не крал зерна или что ему дали не столько, сколько по закону положено. Он говорил совершенно другое, параллельное этой формальной "справедливости" - что любой отверженный, одинокий заслуживает жалости и помощи, что не должно быть так, "чтобы человеку было некуда пойти". Здесь не в информированности дело, это должно дойти до сердца, а не до головы.

А когда сердца ослеплены своей правотой и "справедливостью", тогда и бывает так, что единожды оступившийся становится парией. Я ж не говорю, что травимые за расизм студенты не писали своих твитов. И не говорю, что это были хорошие твиты. А говорю, что страшно то общество, где от них все отступаются, где огромное количество людей жаждет осудить, поучастовать, наказать.

Так что есть разница. И пролегает она, в частности, по вопросу "спрятать беглого каторжника в погребе или не спрятать". Если средний человек начинает размышлять, то в таком обществе будет понятие "воля". А если отрицательный ответ все дают не приходя в сознание, то и свободы в таком обществе не будет. Разве что "политические свободы", да на кой они ляд без настоящей.
Thursday, July 26th, 2018
12:18 pm
Comments: Justice and Mercy, Part 1
Да, "для иудеев скандал и для эллинов безумие". Видите ли, вот вы вряд ли будете возмущаться, если у вашей жены будет машина марки БМВ. Потому что имущество у вас общее, да и вообще, вряд ли вы даже высчитывать станете, что вот если ей БМВ, то достаточно ли из семейного бюджета потрачено на ваши книжки, марки и какую-нибудь аудиосистему, или же недостаточно, и надо в следующем году жене бюджет на шмотки срезать, а вам на книжки добавить.

Вы же понимаете, что если доходит до таких счётов, то семье довольно скоро приходят кранты, и что в крепкой семье, наоборот, каждый сам стремится помочь другому, порадовать его. Каждый хочет свое отдать, а не от других его сберечь.

Вот христианский идеал состоит в том, чтобы во всем мире была та любовь, образец которой мы видим в хорошей семье, чтобы все друг другу родные были.

Вы, конечно, заметите, что семейная модель основана на взаимности. Ты щедр, и тебе навстречу щедры. А когда взаимности нет, то из щедрости может получиться трагедия. Вон король Лир все дочерям раздал, и что из этого вышло.

У христианства на это два ответа: во-первых, быть трагическим героем лучше, чем быть виновником трагедии. Короля Лира помнят все, а имена двух его дурных дочерей никто не помнит. И, более того, участь трагического героя выше, чем участь премудрого пескаря, который трагедий избежал. Во-вторых, мы не можем заставить других нас любить, мы только себя изменить можем. Поэтому мы можем полюбить ближних сами и ждать, когда их сердца откликнутся.

И я здесь не указываю на скрижали, это просто часть нашей христианской культуры. Тот же Оден, который был вовсе не святой, написал: "If equal affection cannot be, let the more loving one be me". И несвятой Бродский считал, что это у Одена лучшие строки.

К сожалению, такие рассуждения нашей животной природе противны, и порой человека нужно в безвыходную ситуацию поставить, чтобы он этот путь нашел. Отсюда и все монашеские практики послушания и отсечения своей воли. Ну а во времена былинные многих жизнь и сама в безвыходную ситуацию ставила: вот родился ты, например, крепостным - и никак ты барина не заставишь быть к тебе добрым, можешь только почитать его как отца и надеяться на взаимность.

Я понимаю, что на этом месте в современном мозге происходит непроизвольный взрыв возмущения и революционного самосознания, и могу предложить более нейтральный пример: вот понравилась вам женщина, и как вы будете стараться пробудить ее любовь? Будете свою симпатию показывать, как еще. Цветы подарите, в театр сводите, по ушам поездите интересными и приятными разговорами. Будете отдавать, не требуя ничего взамен.

Современный мир, в силу своей прискорбной хитрожопости, некоторое время назад заметил, что не обязательно выбирать между положением Лира или его негодных дочерей. Можно держаться за свои права, имущества своего не дарить, миллион алых роз не покупать, никого безрассудно не любить, а еще лучше иметь на боку заряженный пистолет.

И теперь вместо любви у нас права личности, даже в семье. Если муж жену бьет, за ним приедут квадратные люди в форме. Если мать пьет водочку и пренебрегает дитем, ювенальные чиновники заберут дитя в детдом. На все есть закон, на все есть правила, людям не обязательно учиться уживаться, любить ближнего, заботиться о соседе и пользоваться совестью.

Люди и не учатся, у детей постоянно "проблемы с родителями", тещу мало кто в доме может вытерпеть дольше недели, а один местный коллега мне сказал однажды, что и родителей своих он столько вытерпеть не может, когда они приезжают к нему на Рождество. И постепенно все больше становится людей добровольно одиноких, и все больше становится неполных семей и безотцовщины. Даже в нашей консервативной Америке процент детей, рожденных вне брака, недавно перевалил за 40%, а в Скандинавии какой он уже почти 60%.

То есть современный подход, со всеми этими законами и правами человека, он, по сути, капитулянтский. Он говорит, что эра милосердия не наступит, царства любви на земле никогда не будет, и поэтому лучшее, что мы можем сделать – отгородиться от ближнего законами и не дать ему нас ранить. И вся политкорректность, и все новые словечки типа "микроагрессии" – они все из этой идеи и идут. Они порождены глубоким пессимизмом, неверием в человека, чувством, что стоит немного дать ему волю – и он окажется мерзавцем. Поэтому единственный выход – как можно жестче взнуздать его правилами.

Конечно, сейчас развелось немало тех, кто рад доказать, что рай на земле - там, где соблюдают твои права. Но наше поколение, возможно, одно из последних, которое выросло в нормальных семьях, и потому должно еще понимать, что рай - там, где друг друга любят. А любят - это не когда по закону да по указке, а когда от сердца. Когда не отмеряют по правилам, а дарят безоглядно.
Tuesday, July 17th, 2018
12:28 pm
Comments: US Pensions
Если коротко, то ситуация довольно безрадостная.

В государственном пенсионном фонде, aka Social Security, повесилась мышь, вместо денег там долговых расписок государства на 5.1 триллиона. Причем дело даже не в маловероятном дефолте, а в том, что любой всплеск инфляции стоимость этих долговых расписок заметно понизит. Получается как – пока стране хорошо, и пенсионерам будет неплохо. Но чуть стране поплохеет, у пенсионеров начнутся заметные проблемы, потому что варианта "напечатать денег и сжечь госдолг" нет, вместе с госдолгом придется сжечь и пенсии. Собственно, уже сейчас, на фоне инфляции ниже низкого, индексация пенсий (COLA) еще ниже инфляции, а в 2010ом и 2011ом ее не было совсем. Поэтому большинство американцев моложе 50 про Social Security говорят просто: "этих денег мы не увидим", а на официальном сайте Social Security мало того, что пишут, что моя государственная пенсия будет 25% моей зарплаты, даже если я проработаю до 67 лет, так еще и указывают, что спустя 10 лет денег будет хватать только на 79% обещанного.

Еще хуже дела в пенсионных фондах на уровне отдельных штатов, из которых получают пенсии всякие учителя и полицейские (вот эти ваши defined benefit). Если считать по уму (например, как у Novy-Marx and Rauh, 2012), там в сумме дефицит 4.5 трлн получается, хотя штаты и пытаются сделать вид, что намного меньше. Причем дефицит там уже просто формы "дыра", когда обещаний будущих пенсий штат раздал в два раза больше, чем собрал в пенсионный фонд денег. Надо бы было штату побольше туда откладывать, но он понадеялся на индейский авось. И эта недостача уже в форме долговых обязательств не оформлена, откуда отдельные штаты будут брать эти деньги, при условии, что им законодательно запрещено иметь дефицитный бюджет - Линкольн их ведает. Могут штаты повести себя как какой-нить Кодак или Крайслер, которые раньше тоже сулили своим работникам большую пенсию, а потом сказали "денег нетути, вот вам в зубы единовременный платеж на пару лет вперед и расходимся"? В принципе могут, и в той или иной форме обязательно так сделают.

Остается да, либо частный пенсионный фонд, либо заложить дом (reverse mortgage), как в романах про вырождающиеся дворянские рода. Интересную статистику, однако, можно найти в Census Bureau: медианный размер частных пенсионных накоплений у 60-летних американцев с доходом выше среднего, 80-100 килобаксов в год на семью, составляет 100К. Если даже смело разделить на 20, хотя обычно советуют на 25, это будет "частная пенсия" пять тыщ в год. Не в месяц, в год.

Но пока что, "пока не началось", простая американская учительница имеет обычно довольно приличную пенсию, а простой пожарный и того лучше. Просто это благосостояние несколько напоминает благосостояние Лени Голубкова из рекламы МММ: человек успел первым вложиться в пирамиду, вовремя это дело прекратил и даже начал получать из пирамиды деньги.

А уже для среднего американца из тех, кому выход на пенсию лишь предстоит через десяток лет, будущее выглядит менее радужно. Вместо "безбедной старости" ему скорее светит work until you drop, а как подведет здоровье – довольно нищая жизнь, когда придется из 15-25К в год государственной пенсии одного только налога на недвижимость отваливать по меньшей мере пару тыщ.

Жалко ли такого американца - да не очень, ему же со школы должны были объяснять, что единственный способ нормально жить на пенсии - скопить к пенсии миллион, а "у кого нет миллиона - пусть идет в жопу", девиз русских олигархов и американской жизни. Кто не понял правила игры, кто "лето красное пропел" - сам себе злобный буратинка.

Что делать американскому жителю средних лет? Рассчитывать только на себя, забыть про Social Security, не играть в лохотрон с defined benefits, ну или по меньшей мере отложить такие затеи лет так до 55. Копить свой миллион, а лучше два, причем начать пораньше, ибо сложный процент. Что при таком раскладе придется сберегать до 20% зарплаты - ну да, а никто не обещал, что будет легко.
Tuesday, May 15th, 2018
10:38 pm
Comments: Tolerance the Old Way
Относительно толерантности (которая не факт, что что-то хорошее). Ну вот смотри: должны ли мы с пониманием относиться к порокам ближнего? Полагаю, что да, мы все несовершенны, и для тебя не будет сюрпризом узнать, что твой друг иногда врет, возможно, что-то когда-то своровал или изменил жене. Как вам после этого жить дальше? Да как и жили, понимая то, что вы оба несовершенные люди. Ну можешь сделать пометочку себе, что другу не всегда можно верить, если он окажется сильным лжецом.

Ровно по такой же схеме можно сосуществовать с другими культурами. Да, они отступают от моего этического идеала. Ну так все отступают, люди моей культуры тоже от него отступают постоянно. Если отступление слишком сильное - ну тогда да, злостный хулиган должен сидеть в тюрьме, независимо от мотивов, алчность у него или "джигитская доблесть".

Отмечу такую вещь: многим людям не нравится эта картина мира, когда они оказываются несовершенными, и все их друзья и родственники оказываются несовершенными. Людям нравится быть хорошими и жить в окружении хороших людей. И тут им очень удобно подворачивается под руку этический релятивизм. "Мой друг соврал? Да что в этом такого, иногда можно и соврать! Мой друг хороший, а не какой-то там грешник!" (вариант: "Моя жена, оказывается, спала с еще пятью мужчинами до брака? Ну мы же современные люди, конечно, у меня хорошая жена, это мораль у вас устаревшая!")

Как говорил Лютер, хотя и по немного другому поводу, "самомнение праведности, которая не хочет быть грешной, нечистой, жалкой и осужденной, а хочет быть справедливой и святой … и есть то ужасное чудовище, не убив которое, человек не может жить". Только во времена Лютера это все же было самомнение праведности, а теперь мы докатились до того, что у нас есть неслыханное при Лютере самомнение грешности, которая также почитает себя справедливой и святой.

Но, тем не менее, этику полностью из головы не выкинешь, и люди пока еще понимают, что простой грешник не то же самое, что грешник сознательный и нераскаянный. Человек, который дерется на улице и стреляет из молодечества в воздух, всегда вызывает больше протеста, если он не по пьяни, а искренне считает, что так и надо. И возникает, несмотря на всю толерантность, вопрос, а как к нему относиться? Ведь бесит он, сволочь! А так и относиться, как я отношусь к описанным выше этическим релятивистам. С сокрушенным вздохом.
Sunday, May 6th, 2018
9:53 pm
Comments: Urbanization
Русскому сердцу всегда приятна легенда про Китеж-град. То ли мы такие правдоискатели, то ли просто исторически много лесов было рядом заповедных, было где его представить. Вот у вашего собеседника Китеж-град в Западной Европе, а у вас в светлом будущем (если очень резко сказать, никогда он не согласится, что в России может быть как в Европе, потому что это Россия, что ты тут ни делай). Попытки же десакрализации Китеж-града ("давай я тебе объясню, как оно работает и как в огороде сделать то же из земли и палок") верящего в Китеж-град порой раздражают. К тому же у вашей идеи Китеж-града идет комплектом призыв к каким-то действиям во имя его, а люди не очень любят, чтобы их призывали к действиям, которые им не хочется выполнять. Если бы он вас агитировал уехать-уехать-уехать, вы бы тоже не особо долго продержались.

Что до реально существующего Запада, то тут есть два момента. Первое это самое базовое различие между стадиями урбанизации. Человек неурбанизированный дик, но симпатичен. Он не желает выполнять роль социальной функции, из-за его функции торчит его собственное лицо. Ты ему "как дела?", а он "хреново дела, иди отсюда, не до тебя сейчас". Ну вот настроение у него сегодня такое, надо, значит, до завтра подождать.

Человек урбанизированный сливается со своей социальной функцией. Ты ему "как дела?", а он тебе "чем могу вам помочь", так в инструкции написано. Тот же small talk западного недеревенского человека это атрофированная российская традиция, по которой человеку не говорят сразу, что от него надо, а спрашивают, как семья, как здоровье. В России это вопросы содержательные, на них положено отвечать развернуто, пусть даже и не всегда правдиво. На Западе это атрофировалось до how are you? - great!, чтобы не мешать делу. Одновременно small talk расширился в смысле адресатов: в России "как дела" спрашивают только у хороших знакомых, а "how are you?" спрашивают у всех.

Это "человек = социальная функция" это приятно, пока не становится скучно, и не начинаешь замечать отсутствие незадокументированных функций. Ну там с конфетами куда зайти, договориться по-человечески. Не говоря уж пойти в соседний отдел пить чай по поводу очередного ДР, работа ж не волк, в лес не убежит, люди важнее. Хотя нельзя не признать, что для эффективного функционирования сложного городского механизма человек урбанизированный удобнее, и бытового трения об него меньше. Людей-то много вокруг, тереться об каждого, индивидуального, замотаешься ведь.

Вот Россия, с ее сравнительно недавним аграрным прошлым, форсированной индустриализацией и отсутствием в советской индустрии всяких заводов Форда, кейрецу и прочих фабрик нового человека, находится пока еще в процессе перехода от человека неурбанизированного к урбанизированному. Запад в этом смысле по-прежнему впереди, но жалобы на moujiks запоздали лет на полста, в этом ваш собеседник со своей тогой "единственного европейца" анахроничен. Русские городские жители уже нормально урбанизировались, теперь в тренде жалобы на понаехалов (которые и западным людям последнее время не чужды). Не потому что понаехавшие плохие, а неурбанизированные они пока, конфликт города и деревни вызывают.

Сам же Запад, а особенно Северная Америка с ее suburbia, шагнул уже в пост-урбанизированное общество, каковое пока на нашей планете не случалось. Если город все же прижимает людей друг к другу, и потому на работе они социальная функция, но потом снова вливаются в общество и начинают, скажем, говорить на кухнях про умное или ходить в театр, здороваться там со знакомыми, то современный западный человек так уже не делает. В результате маска человека-функции начинает наползать и на частную жизнь, и бедный человек становится очень одинок и кушает прозак. Поэтому опять же, ориентация на Запад как на явленный нам идеал урбанизации несколько анахронична, проехали уже.
Friday, April 27th, 2018
12:31 am
Comments: Useful Economics
Я знаете чего понял. Мы с вами оба считаем, что есть у общества некоторые черты, на которые экономисты не могут повлиять и должны их просто принять. А есть другие черты, которые экономисты могут и должны менять. Мы только с вами расходимся в том, какие это черты.

Вы вот пишете, что в России очень многие уверены, что "эти все экономисты ерундой занимаются", и считаете это чем-то неизменным, вроде средней температуры января, "независимый от самих действий ученого (или даже науки в целом) спрос". Поэтому вам кажется, что "публикации важны unconditionally", а если российскому обществу на них плевать, то что поделаешь. "Народ не оправдал ожиданий правительства, правительство должно распустить народ и набрать себе новый" (с) Брехт

Я же, напротив, считаю, что вот именно это общественное восприятие экономисты в России должны в первую очередь менять. Потому что иначе сколько публикаций они ни опубликуй, для общества не будет никакого толка, все публикации и знания будут замкнуты в анклавах, а общество будет к ним равнодушно, если не враждебно. А толк для общества - это конечная цель любой публикации, все-таки. Пусть не сейчас, пусть через 20 лет, но все же.

Поэтому для России вполне может быть полезнее толковый экономист со средними публикациями, но с хорошо подвешенным языком, близкий к народу и ловкий на практически приложимую выдумку, нежели экономист с кучей топовых публикаций, которого публика терпеть не может.

С другой стороны, я полагаю, что есть у общества некоторые ценности и предпочтения, которые не экономисту менять, даже если они не ведут к максимальному ВВП. Бывают общества, которые любят исламский банкинг. Бывают общества, которые любят сажать олигархов или строить социализм. Вы полагаете, что экономисты должны агрессивно агитировать против этого, а если это плохо кончится - беда-беда, экономистов травят за экономику. Надо срочно умыть руки и вспомянуть про газенвагены.

Экономисту вообще стыдно должно быть быть "одноруким". Экономист – это такой человек, который должен писать: "выгоды такие, издержки такие, дальше считайте сами". Например, "посадили Ходора, издержки от ухудшения инвестиционного климата х, выгоды от большего отжатия нефтяной ренты у олигархов у, если вы цените посадки олигархов больше х-у, то все правильно сделали, если вы политические посадки считаете злом и у вас от них бесполезность (disutility), то картина ясная, что сажать не надо, потому что х-у>0". Вот это экономика, а справедливо-несправедливо, или тысяча статей про одно только х - это не экономика, это политика уже. Не говоря о том, что даже х-у>0 можно подвергнуть сомнению, это работа ученого все сомнению подвергать. Вот, например, мне в каменты недавно приносили ссылочку: "Taking a country with resource rents worth 20 percent of national income, the switch from autocracy to intense electoral competition would lower the growth rate by nearly 3 per cent". Рискну предположить, что средняя в 3% включает в себя пару случаев африканского пиздеца и гражданской войны, в которой кланы делят страну.

А если вы имеете в виду, что в некотором месте чуждые предпочтения упираются в наш ограничитель "мы знаем, что есть только два пути - Джа Растафара или война", то это несомненно так. Но это уже вопрос морали или там политики, а не экономики. Хотите воевать против чуждых предпочтений - пожалуйста, я такой выбор весьма уважаю. Оставьте только экономику дома, а возьмите себе листовку или винтовку. Экономика она и в бою негодная, и не надо ее во все это втягивать, вместе с остальными коллегами.
Thursday, November 30th, 2017
1:13 am
Comments: Bureaucracy
Я наверняка вам говорил, что бюрократию (которую вы называете "государственный аппарат") я считаю источником самого дистиллированного зла. Только бюрократия, никто иной, способна топить людьми печи и перерабатывать их на мыло. Потому что ее единственная цель - исполнить чисто формальную задачу, не разбираясь, чего это стоит и насколько цель отвратительна. Даже олигархи, у которых цель примитивный и бесчеловечный чистоган, не могут подняться до таких высот зверства и бессмысленной жестокости, как бюрократия. Если им предложить варить из людей мыло, они хотя бы спросят: "А какой с этого прок?" и будут всячески увиливать от взваливания на них этой неприбыльной задачи.

Возьмите любой бесящий вас и мешающий вам жить закон - его гарантированно породила бюрократия. Никакой тиран или олигарх не опустится до того, чтобы наставить светофоров каждый 200 метров, штрафовать за езду на велике без шлема или снимать в аэропорту туфли с древних дедов. Ну просто непонятно, зачем это, и ресурсов жалко. Не то бюрократ - ради достижения цифирки в отчете он готов подвергнуть вас каким угодно ограничениям. Вот нужно ему понизить смертность на дорогах - и, дай ему волю, мы скоро будем водить в защитных скафандрах и со скоростью не больше 30 км/ч. Никаких стимулов так не делать у бюрократа нет, и ничего, кроме концлагеря, предоставленные себе бюрократы построить не могут.

И единственная причина, по которой олигархическая демократура здесь еще не превратилась в один большой концлагерь, помимо невыгодности этого олигархам, это останки низовой демократии, приводящие в парламенты штатов отставных сержантов, школьных учителей и слесарей, а в мировые судьи - бодрых пенсионеров. Они могут быть не слишком умны, но они человечны и крепко стоят на земле. Они понимают, почему зарегулировать все перекрестки - не лучшая идея, и поэтому мудрые отцы-основатели оставили регулирование перекрестков в их руках. Так что «если есть спасение, оно в пролах» (с) Оруэлл.
Thursday, November 9th, 2017
9:39 pm
Comments: The Time is out of Joint
Конечно, всегда будут люди, которые идут не в тренде. И в Средние Века были атеисты, и в СССР были монархисты.

Проблема только в том, что человек социальное существо, он не может не принимать язык эпохи. И настоящие монархисты не могут вырасти в СССР, даже если они нашли друг друга и невозбранно собираются по пятницам. На них будет печать отрицания ими окружающего мира, которое будет совершаться в терминах этого мира, а не их мира.

Вот сейчас эпоха лайков, и это не с изобретением интернета началось, об этом еще дедушка Корней Чуковский писал сто лет назад, когда был молодой и кусачий, о том, что все идеи девальвируются до уровня "паюсной икры".

И можно, конечно, сказать, что во всем виновата всеобщая грамотность, и что 90% лайкающих при царе выгнали бы из третьего класса гимназии за тупость, но это не меняет того факта, что язык и категории лавочников с дипломом теперь довлеют всем, как язык богословов довлел всем в Средние Века.

Беда, настоящая беда в том, что за последний век большие слова потеряли свой большой смысл.

Бог, любовь, справедливость, Родина, мораль, патриотизм - сейчас стало модно считать, что это пустой звук, или пускаться в релятивизм, что, дескать, все боги равны, и все любови равны, и т.д.

При этом спросишь человека, что он, собственно, отрицает, что признает неважным - он вместо патриотизма отрицает какую-то казенщину из советской школы или болтовню алчного депутата.

А любой разговор о религии теперь начинается с часов патриарха или плясок в храме.

Раньше, по крайней мере в культурном пространстве, спор о морали или о любви велся в терминах философии, в поле древней культуры, а не в терминах полуграмотных лавочников. Вы вот найдите где-нить старые газеты и журналы и сравните с современными. Если это затруднительно, почитайте Дневник писателя Достоевского - это был такой журнал, на него подписывались простые образованные люди. Потом читатели писали автору умные письма, а автор им умно отвечал, это тоже в ПСС есть.

Я понимаю, что тогда 99% населения никаких журналов и газет не читало, и картина "все такие культурные" складывается из-за того, что тот, кто не был такой культурный, просто не оставил по себе письменных свидетельств.

Но суть-то в том, что сейчас собери всех шибко культурных на сайт Сноб, и не получаются ни Отечественные Записки, ни даже Русский Инвалид. И дело не в том, "до чего довел страну этот фигляр ПЖ", кого бы под "фигляром ПЖ" не разуметь, а это общемировая проблема. Которая состоит в том, что, конечно, плохо, когда "улица корчится, безъязыкая, ей нечем кричать и разговаривать", но если дать слово улице, как это попробовали сделать в последние 100 лет, то все, включая Пушкиных и Достоевских, начнут говорить на языке улицы, а на языке улицы о некоторых вещах просто не поговоришь, потому что улица подменяет значения многих слов.
Friday, October 20th, 2017
10:43 am
Comments: Science and Ethics, Part 3
Нет у бабуинов никакого "понятия справедливости". Понятие, блджад, это часть языка. А будь у бабуинов язык, с ними можно было бы покалякать, как с французами или чукчами, и про их понятия выяснить напрямую, не городя огород.

Можно сказать, что бабуины ведут себя, как будто у них есть понятие о справедливости. Но это будет вульгарный языческий антропоморфизм. При помощи подобного же поиска человеческого там, где его нет и быть не может, язычники заключали, что вот эти вот лошади живут так, словно сильно грешили в прошлой жизни, а вот тот кот ведет себя, как будто в него вселилась душа покойного дядюшки.

Вот на таком примерно уровне все эти рассуждения этологов о понятии справедливости у зверушек (и, соответственно, о животной природе понятия справедливости у людей). С трепетом душевным жду, когда окажется, что у лошадей есть понятие о скорости и ускорении, потому что они бегают и ускоряются, а бабуины умеют дифференцировать, потому что прыгают всегда по параболе.

Можно и о движении планет говорить в терминах психологии человека, и о всех природных явлениях вообще, даже у Аристотеля этого много. Телеологическое объяснение, все дела. Можно, наверно, и о поведении животных рассуждать в терминах морали, если подрастянуть Аристотеля.

Только это будет отрицать фундаментальную разницу между человеком и животными: что у человека есть саморефлексия, он видит не только ситуацию, но и себя в ситуации. И по результатам действий будет оценивать себя: поступил ли он хорошо или дурно, является ли он трусом или дураком. Бабуины этого не делают, поэтому к ним неприменимо понятие вины, которое есть основание любой ответственности, и уголовной, и моральной.

Если вы так уверены, что бабуины они как люди, давайте бабуинов судить за их действия. Думаю, вас общество быстро вернет в рамки с такими предложениями.

Я считаю, что у животных, во-первых, нет совести, стыда, чести, долга, понятия о добре и зле, а, во-вторых, у них нет выбора, они повинуются инстинктам, а потому фактически являются очень сложными белковыми механизмами. Поэтому о морали в их случае не может идти речи, они не делают выбора между велением чести и инстинктом, например, самосохранения.

Еще раз говорю, если бы у животных была мораль и выбор между добром и злом, их за плохие поступки следовало бы судить. А если бы люди жили как животные, повинуясь инстинкту и не зная о долге, их судить бы было бессмысленно.

Относительно "детей и инвалидов" - они, конечно, не белковые механизмы ни в какой момент, начиная с зачатия (напоминаю вам, что вы беседуете с христианином, верящим в бессмертную душу).

Детей можно уподобить спящим или инвалидам. Вы же не становитесь белковым механизмом, когда спите. И колясочник дядя Петя не лишается свободы воли от физической невозможности сплясать комаринского. Так и дети – они свою свободу часто не могут реализовать в силу физических ограничений. Не могут понять значения своих поступков, не могут осознать какой-нить долг. Поэтому на детей зачастую не распространяются понятия вины и ответственности.

Вспомните вот еще недавнего БГ:

Остается только чистая вода
И скрепляющие тебя провода,
Остается то, на чем машина дает сбой –
И значит, Вавилон никогда не был властен над тобой.

Вот "то, на чем машина дает сбой" - это то, что отличает человека от животных. И чем больше вы будете отстаивать наличие этой области, да еще и у животных, тем больше вы будете подрубать основы этой вашей этологии, в лучшем случае превращая ее в заведомо неправильные модели, позволяющие хоть как-то упорядочить хаос и что-то там утверждать о средних. Потому что если "машина дает сбой", то вся наука в этом месте, строго говоря, идет к черту.

(В принципе, это во всех социальных науках так, социальные науки учат смирению даже самых жестоковыйных).
[ << Previous 20 ]
About LiveJournal.com