осенняя мордочка

Вводная

Пара слов о том, как здесь все устроено:

1. В этом журнале публикуются Хроники Пайсано - байки из моей жизни, облеченные в соответствующую художественную форму. Хроники основаны на реальных событиях, которые, однако, художественно преломляются извращенным сознанием автора, что категорически препятствует документальной точности.
2. В память о Веничке Ерофееве и его эссе "Шик унд блеск иммер элегант" Хроники пишутся по-русски, а называются по-английски.
3. В некоторых Хрониках Пайсано - о, ужас! - попадаются матерные слова. В тех случаях, когда концентрация мата достигает более пары слов на Хронику, Хроника скрывается под надписью "Дальше матом". Кликать на эту надпись можно и нужно, но не говорите, что я не предупреждал - под ней скрывается виртуозная матерщина и довольно грубый юмор.
4. Однажды до меня дошли слухи, что эстеты разыскивают мои комменты к чужим журналам через Яндекс.Блоги, а кто-то даже подписался на них через RSS. В связи с чем в моем журнале появилась новая рубрика Comments, в которую я выношу программные комменты. Комменты в эту рубрику выносятся как есть, без заглавных букв и со всей ерундой, которую я написал. Некоторые тексты в рубрике Comments бывают собраны из нескольких комментов.
5. Треды, из которых взяты комменты, можно легко найти через Яндекс.Блоги, опция "искать в комментариях жеже-юзера Пайсано". Если тред не ищется, значит, он был в чьей-то подзамочной записи, и ссылки на такие записи я принципиально не даю.
6. Иной материал к публикации не предполагается, но, тем не менее, иногда появляется в посте "Новости". "Новости" обновляются двумя путями: изменением даты и дописыванием к старому и стиранием поста и написанием нового. В связи с последним способом просьба ничего особо ценного в комменты к "Новостям" не класть.
7. Хроники Пайсано - это литературное произведение, а Пайсано - человек. Обращаться ко мне "дорогой Хроники Пайсано" не более осмысленно, чем обращаться к Льву Толстому словами "дорогие Война и Мир".

Френд-политика: к тому, что меня френдят, отношусь положительно. К тому, что не френдят или расфренживают - наплевательски. Сам френжу только с целью чтения, написания полемических комментов и устраивания в комментах бардака и анархии. В связи с чем не френжу в ответ или для выражения симпатий, а порой даже не френжу в целях сохранения взаимных симпатий. Подзамочных записей я принципиально не пишу, поэтому проситься ко мне в друзья бессмысленно.
осенняя мордочка

Always Efficient

Как знают мои экономические коллеги, в экономике есть такое рассуждение, называемое «теоремой Коуза»: «при низких транзакционных издержках и хорошей защите прав собственности ресурс будет находиться в руках наиболее эффективного собственника». Доказывается это рассуждение так: допустим, у меня есть вещь, которую я ценю в 90, а вы цените в 100. Вы предложите мне ее продать за 95, и это будет взаимовыгодная сделка, которая и состоится. Если этой вещью было нечто, из чего можно извлекать прибыль (фирма, патент), то она в итоге таких сделок попадет к тому, кто может извлечь из нее наибольшую прибыль. Если это была вещь, обладание которой дарит удовольствие (картина, дом у моря, билет в кино на премьеру), то опять же она попадет к тому, кто ее ценит больше всех.

Два предположения в теореме Коуза, конечно же, важны: во-первых, если в примере выше (с оценками 90 и 100) наши издержки по поиску друг друга и передачи вещи из рук в руки или ваши издержки по нахождению денег для покупки больше 10, то сделка не состоится – вам, с вашей оценкой 100, будет невыгодно покупать выше 90, вам нужно покрыть разницей цены и вашей оценки транзакционные издержки, а ниже 90 уже я не продам.

Если же транзакционные издержки, в том числе по финансированию покупки, низки, то теорема Коуза имеет приписку: «при любом начальном распределени прав собственности». Эта приписка используется для травли программ перераспределения и тех, кто недоволен своим социальным положением: «если бы наиболее эффективным собственником Амазона был ты, а не Безос, то тебе бы сейчас Амазон и принадлежал, ибо теорема Коуза».

Во-вторых, если права собственности защищены плохо, то и при вашей оценке вещи в 100 к вам может явиться мордоворот с оценкой вещи в 20 и ее отнять. Вы можете, конечно, тут же купить ее у него за 21, но он придет снова, чтобы отнять и получить 21 еще раз, и так много раз, пока либо вы вещь не бросите, либо не придумаете стратегию защиты, которая стоит меньше 80 (иначе может так оказаться, что самым эффективным собственником в мире с очень дорогой защитой будет достаточно страшный мордоворот с оценкой вещи 20).

К теореме Коуза о том, что каждая вещь находится в руках у эффективного собственника, примыкает принцип экономического дарвинизма. Если производство на вашей фирме организовано неоптимально, то рано или поздно появится тот, кто ее у вас купит и организует производство лучше (теорема Коуза). Если это не случится из-за того, что вы упрямитесь и не хотите продавать, и вообще транзакционные издержки, то он откроет свою, лучшую фирму, и потихоньку вытеснит вас из бизнеса. Значит, если мы видим некоторую организацию производства, которая выживает довольно давно и во многих фирмах, то эта организация производства эффективна (экономический дарвинизм).

Можно поговорить о мелких допущениях и о том, как долго могут прожить неэффективные практики, прежде чем экономический дарвинизм их уничтожит, но это еще успеется, тут на подобные темы, похоже, будет серия постов. Пока же отмечу одно: и теорема Коуза, и экономический дарвинизм основаны на том, что люди пытаются вести себя оптимальным образом: не проходят мимо выгодной сделки, стараются превзойти конкурента. Экономические агенты всегда что-то максимизируют, будь то прибыль или удовольствие потребителя от своей жизни. Собственно, вся экономика об этом, «наука об оптимальном использовании ограниченных ресурсов».

А вот теперь буквально из определения экономики как науки будет следствие, которое многим взорвет мозг. Пишет нам Питер Лисон из университета George Mason (кто знает, тот поймет): https://www.peterleeson.com/Logic_is_a_Harsh_Mistress.pdf

«The economic approach to human behavior is grounded in a simple assumption: individuals maximize. How strange, then, that few economists accept one of maximization’s most straightforward implications: every observed institution is efficient. “But what about agricultural subsidies in the United States?” They’re efficient. “Autocracy in Turkmenistan?” Ditto. “Communism in North Korea?” The logic doesn’t change just because the example becomes more extreme. And somewhere around here is where most economists who might have been on board jump off. Maximization implies efficiency, always and everywhere, because maximizers maximize, always and everywhere. I realize that’s stating the obvious. But denial of the obvious is why most still won’t accept that witch trials in Ghana are perfectly efficient. Yet if you accept maximization, you must.»

Помимо экономического дарвинизма (неэффективные институты и обычаи давно вымерли бы, потому что нашелся бы кто-то, кто предложил бы изменения, улучшающие жизнь для всех, или нашлось бы общество с более эффективными институтами, которое забороло бы неэффективное общество), экономические люди могут вспомнить про revealed preferences: если человек выбирал между А и Б и выбрал Б – значит, так ему лучше, не надо его учить, что ему нужно было выбрать что-то еще.

Почему так случается, что некоторые общества имеют объективно плохие институты – Питер Лисон отвечает нам: «потому что, как и в теореме Коуза, все дело в транзакционных издержках – да и вообще в конкретной ситуации, в которой они находятся». В общем, не стреляйте в тапера, он играет как умеет.

«You wouldn’t aver that railroad-track production is “inefficient” because, if platinum were less costly, railroad tracks would be made from platinum instead of steel. (Platinum is harder, smoother, and more durable than steel and thus the technologically superior track material). So why aver that autocracy in Turkmenistan is “inefficient” because, if defining, protecting and/or exchanging property rights were less costly, Turkmenistan would instead be democratic? ...maximizers do the best they can, not the best they can’t.
And so it is with institutions in Turkmenistan – or anywhere else. Different institutions, once in place, may reduce transaction costs. But the transaction costs of changing institutions must exceed the savings; otherwise, institutions would [already] be different.»


Лично мне эта концепция «всегда эффективных институтов» напоминает родную мне концепцию эффективных рынков, про которую у меня уже был пост пару лет назад, так что не буду повторяться. То есть концепция это очень годная, и ее надо использовать как стартовую точку для любого анализа. Если институты и не эффективны прямо сейчас, то они стремятся стать эффективными, экономика и деятельность ее любимых людей-максимизаторов этому способствует.

Можно подозревать, что некоторые институты, например, очень новые, они еще находятся в процессе становления и потому неэффективны. Даже туркменской диктатуре, которую приводит в пример Лисон, не так уж много лет. Но уж если что простояло в неизменном виде сотни лет, то оно на тот момент точно было эффективным – а может, оно и до сих пор эффективно, просто мы от него отклонились на небольшой по историческим меркам срок. Ну много вокруг меняется, вот и перекосы в институтах временно возникают.

И вот мы посмотрим в историю и увидим там всякие вещи, которые нам по современным меркам кажутся ужасными: абсолютную монархию, крепостное право, домостроевский брак. Что нам на это скажет Питер Лисон? А скажет он, с цинизмом истинного экономиста, что все это было эффективно, и ничего лучше мы бы придумать не смогли, даже если бы попали в прошлое со всеми нашими знаниями и ценностями.

«About here, despair sets in. You disapprove of autocracy in Turkmenistan, and you want economics to ratify your disapproval. Unable to wring from it a declaration of moral failure, you beg it to declare an institutional one: “autocracy in Turkmenistan is inefficient.” Cruelly, economics declares the opposite. Alas, logic is a harsh mistress.
But she’s also incredibly productive, which is the reason we keep her around. Why is Turkmenistan autocratic? Why did English spouses sell their better halves at public auctions? How could immolating children have maximized net benefits in Orissa? Because the world is efficient, such institutions require explanation. And because maximization guarantees efficiency, it’s possible to explain them.
Since observed institutions reflect the choices of maximizers given their constraints, and since maximizers’ choices vary predictably with their constraints: (1) we know where to look for answers to institutional questions – at people’s constraints – and (2) we can check our answers by comparing the institutional differences we observe to those predicted by maximization under different constraints. What efficiency-always takes from our power to judge the world, it gives our power to illuminate it.»


И примеры, ах, что за примеры приводит этот невыносимый человек, чтобы сослаться на свои собственные статьи! Я же говорил, здесь будет про эти вещи серия постов.
осенняя мордочка

Comments: Modernity vs. Mankind

В современном мире вообще непопулярна идея об иерархии чего бы то ни было (кроме богатства, да и то).

Я считаю это ошибкой, я вам уже писал, что я, по мировоззрению, либеральный барин 19 века. В силу либеральности и общего добродушия у меня нет потребности никого никуда гнать железной рукой. Но на мнение, что культура Англии и культура папуасов равноценны, я сокрушенно качаю головой.

С одной стороны, меня немного удручает, что я живу в таком сумасшедшем мире, где люди вокруг меня забыли, как правильно, а как неправильно. С другой стороны, стоит зайти в интернетик, и можно прочитать такого про ту же экономику, что выплачешь себе все глаза. Соответственно я ко всем человеческим несуразностям отношусь с юмором. Ну считает кто-то, что белое это черное, ну и что.

С другой стороны, мне по-прежнему кажется, что "прогрессивное" человечество водится только на кампусах и в газетах, а в глубинке, где живут, географически или психологически, 90% населения, по-прежнему Саус Парк во все поля, и весь салун весело подпевает Борату.

Поскольку я барин либеральный, я над этим тоже вздыхаю. Но также я понимаю, что человек, увы, по природе своей нетерпим, ограничен и агрессивен. И если ему запретить ненавидеть геев, он будет с той же страстью ненавидеть гомофобов, а сам внутренне будет извиваться от когнитивного диссонанса и ждать фюрера, который наконец-то скажет ему, что можно следовать своей природе, не ставить чужую культуру и в грош, освистывать непохожих на тебя и т.п.

Это все очень печально, но изменится, скорее всего, только в Царствии Небесном (после того, как негодные грешники будут помножены на ноль). А в ближайшей исторической перспективе "прогрессивное" общество история подметет с мостовой, потому что нельзя идти против человеческой природы. Дай Бог, чтобы это обошлось без большой крови и чтобы никто не добрался в процессе до ядерного оружия.

Суть в том, что "прогрессивная" мораль идет против человеческой природы. Это как в письмах Баламута: "Заставь его поверить в то, что смирение велит умному человеку считать себя глупым". Человек не может долго верить в ложь, у него срывает резьбу.

Поэтому единственный выход - это позволить человеку быть человеком, и мягко (или иногда жестко) уговаривать его не быть при этом скотиной. Например, человека невозможно заставить до конца поверить в то, что все нации равны, все культуры равны - он все равно знает, что правильно – это как у него дома, как у него на районе, и все такое. Поэтому единственное, что можно сделать, это сказать ему: "Чувак, ты прав, хай живе, даги сила, все, что хочешь, но не бей людей из-за этого палкой по голове, кайфуй от своей крутизны в рамках УК".

Мораль да, идет против нашей падшей человеческой природы. Но одно дело сказать умному человеку: "Ты умный, но мораль предписывает тебе сильно не гордиться". И другое дело сказать умному человеку: "Мораль предписывает тебе всерьез считать себя глупым". Второе - это и есть то, что я называю "идти против человеческой природы". Такая мораль долго не продержится. Человеческую природу можно, конечно, временно поприжать, но главное, чтобы энергия не уходила в трение. Вот когда для морали заставляют поверить в ложь, много энергии, которую можно было бы пустить на мораль, уходит на веру в ложь.

А подраспускать природу это тоже противно этой самой природе. Человек хоть и не приспособлен жить в обществе, городе и т.п., но очень хорошо приспособлен жить на маленьком хуторе, в компании "своих", по отношению к которым он морален и чувствует от этого душевный мир и спокойствие. Он хороший, ведет себя как надо, с ним все ведут себя как надо – жизнь удалась, рай на земле есть. А самый трюк - заставить человека кроме ближних быть моральным и с дальними, все известные моральные кодексы про это.

А вот если эту жизнь среди своих у него отнять, если его вместо хутора, где он и все вокруг все делали правильно, а не как нелепые басурмане, - если его взять и бросить в большой город, в гущу басурман – тогда человек озлобляется и начинает искать свою стаю. И отсюда все эти погромы небывалые, хрустальные ночи и вся фигня.

А это все от одиночества, это потому что правды за человеком нет. И попытки в такой ситуации призвать человека к терпимости - это все равно что попытки призвать голодного забыть про свой голод. Он хочет обратно в стаю, к своим, родным в доску, а ему пытаются впарить, что все вокруг свои. Издевательство же. Можно, конечно, человека отвлечь на некоторое время "нетерпимостью к нетерпимости", но это как кормить голодного мужика конфетами.

Вообще, мне кажется, что вся сегодняшняя "прогрессивность" она от психологической травмы мировых войн и пошла. Общества намеренно сами себя ослабляют, сами корни свои рубят, чтобы не дай Бог ни одно из них не сошло вновь с ума, не построилось снова в плотные колонны и не пошло в поход за Lebensraum.

Художественное приложение: http://www.lib.ru/HEIDEGGER/bypath.txt. Как говорил Платон, "древние мужи знали больше нас, потому что стояли ближе к Богу".
осенняя мордочка

Comments: Impact Factor, Part 2

В жизни ни необходимых, ни достаточных условий нет, это же не математика. Но мне трудно вспомнить выдающегося академического экономиста, у которого меньше десятка публикаций в топ5, при этом он не довоенный и именно экономист (то есть не Нэш, не Канторович).

"Игры в топ5" нужны прежде всего университетам в промежутке между топ30 и топ150, чтобы отделять хороших и средних людей от черт знает кого. Например, при фильтрации кандидатов для интервью помогает очень. И при tenure decisions тоже.

Для тех, кто не претендует на доказательство теоремы Ферма, система с журналами очень прочно увязывает научные достижения и карьерные плюшки. Человек пишет интересные статьи, доводит их до хорошего состояния - получает теньюр и хорошую зарплату. Не пишет и не доводит - получает зарплату похуже.

Для тех же, кто хочет 20 лет работать над проблемой, предусмотрен теньюр. Решил несколько проблем поменьше, набил руку, получил теньюр, сиди работай. Материально человек пострадает немного в процессе работы, зато потом переедет сразу в Принстон или куда ему хочется. Ну и как бы всегда приветствуется публиковать промежуточные результаты, леммы там всякие. Говорят, в процессе работы над теоремой Ферма математики несколько новых разделов математики запилили.

Система ранжированных журналов неидеальна, и ее можно много в каких местах допиливать до идеала и все равно не допилить. Потому что реально-то надо статьи читать, чтобы понять, кто чего стоит, идеальная формальная система счета чего-нибудь невозможна в принципе. При найме так и делают, плюс семинар и очные встречи. Вот система журналов - это система, в которой статьи читают рецензенты и редактора, и делают вывод, первый сорт или третий. Что лучше, чем если бы их читали друзья и знакомые Кролика.

Конечно, чтение статей и формирование мнения о них на основании революционного чутья никуда из науки не денешь, да и не надо. Все promotions, даже промежуточные, здесь голосуются кафедрой/факультетом. Другое дело, что кафедре нет никакого интереса вариться в собственном соку и обалдевать от взаимного мнения о крутизне друг друга. Кафедра хочет быть заметной в науке, чтобы о ее работе знали в других университетах. Поэтому система журналов и публикаций значит при решении кафедры очень много.
осенняя мордочка

Comments: Impact Factor, Part 1

Я думаю, для конкретного человека проще всего судить о его месте в науке по рейтингу/импакт-фактору журналов, в которых он публикуется. И сравнивать с коллегами, чтобы прикинуть, какой объем (статей в пятилетку) считается нормальным. Можно тупо зайти на сайт какого-нить МИТ, распечатать десяток CV и посмотреть на степень сходства.

Давайте подробно опишу на примере тех областей, которые знаю (экономика, финансы, бухучет). Существует топ3-топ5 журналов general interest. Ранжируются они по импакт-фактору с длинной памятью, то есть журнал в конце топ-5 может в течение нескольких лет иметь импакт-фактор немного ниже, чем лучший журнал из следующей по качеству группы, но все все равно знают, в какой журнал подают статьи сначала, а в какой только если в первом отфутболили. General interest означает, что статьи в этих журналах в принципе должны быть интересны всей профессии, вне зависимости от специализации, "это должен прочесть каждый экономист".

Чтобы опубликовать статью в этих журналах, статья должна быть одновременно и интересная, и исполненная на высоком техническом уровне, и результат должен быть устойчив к разным подвыборкам, новым выборкам и т.п. Говоря простым языком, даже пара прошаренных чуваков с хорошей идеей вполне себе запарится на полгода-год непрерывной работы, чтобы там опубликоваться.

То есть посредственный ученый в таких журналах опубликуется за всю жизнь, может, раз, да и то скорее с соавторами, которые лучше него. А уж всякое шарлатанство в этих журналах получает desk-reject от редактора за пару дней, и даже рецензентов им не беспокоят. Поэтому если человек в этих журналах регулярно публикуется, то ученый он хороший. Какие это журналы, может узнать и посторонний: пойти на сайт того же МИТ и посмотреть, где публикуются люди, только что получившие теньюр.

Дальше идут журналы попроще, штук 7-10, в экономике они называются top field, то есть специализированные журналы, где публикуется лучшее в области, что за пределами области будет интересно далеко не всем. В финансах и бухучете этот слой меньше разделен по отраслям, в нем еще есть журналы, которые general interest, но похуже топ5.

Там публиковаться проще, рецензенты и редакторы понимают свое место в пищевой цепочке и не заставляют переделывать статью месяцами. Плюс, что важно, если они ее отфутболивают, то не дают "в дорогу" список из 15 рекомендаций, которые этикет требует учесть при подаче в следующий журнал.

В журналах попроще есть и хорошие статьи, которым просто не повезло с рецензентами в топ5, или у автора давно теньюр и ему эти рецензенты надоели, он попробовал пару журналов топ5 да махнул рукой. Также в журналах попроще порой попадается трэш, всякие robustness checks на статьи из топ5, mathturbation и т.п. Но большинство статей в этих журналах довольно годные, показывающие, что автор ученый неплохой, свой средний уровень он подтвердил.

На уровне журналов попроще прошаренные люди уровня выше среднего уже могут гнать объем. Но не гонят, потому что куда важнее зацепиться за топ5. Куда лучше раз-два в пять лет попадать в топ5, чем опубликовать в следующих 7-10 журналах хоть 10 статей (может, экономисты тут не согласятся и скажут, что 10 top field очень круто - значит, экономистов просто сильно больше, и у них планка, за которой нет смысла гнать объем, уехала на следующий уровень ниже top field).

То есть средних, выше среднего, и реально хороших ученых система различает. Что касается уровня будущих нобелевских лауреатов, которые ваяют нетленку, - ну тут уже трудно механически различать. Надо читать статьи, смотреть на всякие престижные премии ("лучшая статья в топ5 журнале за прошедший год"), смотреть, сколько и кто статьи цитирует. Так в лучших университетах (топ10) и делают, прежде чем теньюр дать, гнать объем в топ5 в лучших университетах не помогает.

Как правило, кстати, у авторов нетленки нет проблем в топ5 публиковаться, одно другому не мешает. Они активные, им много чего интересно, у них много хороших идей, и параллельно с нетленкой они работают и над рядовыми статьями для топ5.

А вот индивидуальный импакт-фактор и всякое хиршебесие действительно суетны, знаю несколько людей с хиршем 20, которых ни в какой журнал из топ5 никогда не брали и не возьмут. Корреляция хирша с качеством есть, конечно, но не 100% отнюдь.
осенняя мордочка

Comments: Modernity Bias

Я боюсь, "вся статистика" также показывает, что от нечтения стихов и неслушания музыки ничего плохого не происходит, куда уж тут религии да традиционным ценностям доказывать свою пользу таким образом. Налицо, во-первых, классический прием "если после, то вследствие", во-вторых, путаница между образованными людьми и недоучками.

Разверну. Технический прогресс, свалившийся нам на голову в 19-20м веке, позволяет замести под ковер многие вещи. Бунты не приводят к немедленному голоду, промискуитет не приводит к немедленным смертям от венерички, и т.д. Поэтому да, современное общество может позволить себе делать ошибки и надеяться на то, что прогресс все спишет. Равным образом тренированный человек с железным здоровьем может позволить себе бухать по выходным (и все равно будет сильнее хлюпика и доходяги), а наследный принц может позволить себе быть морфинистом (и все равно не сдохнуть под забором). Это не означает, конечно, что нельзя спиться и сколоться, даже если у тебя железное здоровье и ты наследный принц.

Заодно замечу, что технический прогресс очень заметно тормозит, что видно по темпам роста самых богатых стран вот уже лет 20, если не 30. А поэтому очень скоро за ошибки придется платить более чувствительно.

Плохое образование – это хуже, чем отсутствие образования. Плохое образование создает иллюзию всезнайства, создает ситуации, когда все кажется гвоздем, потому что в руках молоток. Простые люди и мудрецы верят в Бога, потому что им видна сложность мира и его тайна, они не уверены в своих силах и знаниях перед лицом бесконечно большего. А недоучки не верят, потому что им все ясно.

Есть среди нас и печальные мудрецы, им далеко не все ясно, им видна сложность мира, они, может, и хотели бы верить, и относятся к религии с уважением – но не верят, слишком глубока печаль от многого знания, о которой предупреждал Соломон. Я опознаю их по уважению к религии – оно растет вместе с мудростью.

Ровно то же самое происходит и с музыкой, и с поэзией. Крестьянин, слушающий народные песни и слышащий их строй и гармонию, проще услышит Пушкина и даже Бродского, чем читатель бульварных романов, которому в школе отбили вкус зубрежкой стихов и содержания произведений, бывших ему (тогда?) не по уму. Читатель бульварных романов он и от народных песен и сказок ушел, и к Пушкину не пришел. Застрял посередине, вместе с Михаилом Кругом и Дарьей Донцовой.

Но, несомненно, современный читатель бульварных романов живет дольше, жрет обильнее и болеет меньше, чем не то что крестьянин 18ого века, а даже поэт и ученый 18ого века. Гордиться тут только нечем, по мне – так почти трагедия.
осенняя мордочка

Comments: Socrates

И еще про Сократа, чота как-то зацепило.

Вот были в Перикловых Афинах и свободы, и демократия, и гражданственность - и вдруг бац! Лежит мертвый Сократ, бородою кверху.

«Ага! - говорит строгий автор. – Вот чего стоят ваши афинские свободы! У вас же философов цикутой травят!» Спустить афинянам строгий автор не хочет, что, дескать, все у них было устроено неплохо, но все люди грешные, вызверились они однажды на ершистого и языкатого старика и его укокошили общим голосованием. Все же цензуру и тайную полицию не вводили, индивидуально решали вопрос.

«Нет! – говорит строгий автор. – Никаких!» И использует гибель Сократа как свидетельство порочности афинского общественного устройства. Дескать, не было у них, на самом деле, свободы, даже в те годы, когда они Сократа еще/уже не травили, потому что в самом общественном устройстве всегда были семена этого преступления. Заодно по сусалам достается и каким-нить фивянам, которые вроде и не при делах, но у них было то же порочное общественное устройство. Может, мы про них просто не все знаем, а они на самом деле тоже людей травили по приговору толпы. А может, и не травили, но тогда им просто повезло, а свободы у них все равно не было. Ну ОК, автор суров, но, может, хотя бы справедлив?

Теперь перенесемся на 25 веков вперед. Вот была в Веймарской Германии и конституция, и законность, и честные выборы, и гражданские свободы. И вдруг бац! - и Гитлер во все поля.

Делает ли при этом строгий автор вывод, что из конституции, честных выборов и т.д. при несчастливом стечении обстоятельств следуют гитлеры, как из общественного устройства Перикловых Афин мертвые философы? Довольно интересный вопрос, как по мне, надо бы его покрутить, подумать, а вдруг?

Но нет, строгий автор тут оказывается очень добрым. Он не делает выводов, что наше современное общественное устройство глубоко порочно, потому что у нас бывают гитлеры. И не говорит, что наши свободы столь же иллюзорны, сколь и свободы афинян в годы, когда Сократа не убивали. Нет, наше общественное устройство он почитает плодом веков (почти) непрерывного прогресса.

"Обозревая тот десяток или дюжину высших цивилизаций, нам известных, из которых слагается для современного историка некогда казавшийся единым исторический процесс, мы лишь в одной из них находим свободу, в нашем смысле слова, — и то лишь в последнем фазисе ее существования. Я, конечно, имею в виду нашу цивилизацию и наше время"

А гитлеры - ну что гитлеры? Это случайность. Вдруг, откуда ни возьмись. Личное вмешательство т-ща Сатаны. Из хода истории и общественного устройства никак не следует.

И вот эти разные мерки, подогнанные так, чтобы люди прошлого вышли рабами и гадами, а мы просветленными и прекрасными - они бесят иногда так, что не пересказать.
осенняя мордочка

Comments: John Duns Scotus

Бог, Который ограничен чем-то, пусть даже Его собственной книгой, сильно смахивает на идола. Это только атеисты думают, что мнение Бога всегда неизменно, а у католиков есть святой Иоанн Дунс Скотт (типа Фомы Аквинского, только постарше), который однажды заявил: "Бог ничем не может быть обязан, и поэтому что Бог хочет, то и справедливо".

После осмысления данной заявы большинство современных философов обычно приходит в ужасЪ и начинает считать Ницше умеренным и уравновешенным перцем.

Бог Дунса Скотта очень интересный и довольно стремный, вы зря думаете, что Он удобный. Удобно - это когда сам свою мораль выбираешь, вот это удобно. А у Бога Дунса Скотта, например, нельзя пробраться в рай только путем соблюдения заповедей, у Него никаких гарантий. В принципе, люди с таким поведением сосуществовать умеют. Например, когда за девушками ухаживают, так всегда бывает.

Неудобство Бога Дунса Скотта в том, что Он сильно мешает претендовать на обладание моральными истинами. Если в Библии написано, что А хорошо, и из А следует Б, нам хотелось бы заключить, что Б тоже хорошо. Но если конечная инстанция "хорошо/плохо" это Бог, то варианта у философа два. Либо сказать "Бог не может считать, что Б плохо, потому что я логически показал, что Б хорошо". Но тогда логика ставится выше Бога, Ему не дают заявить что-то против логики. Либо сказать "я сдаюсь, я не знаю, хорошо Б или плохо, это Богу решать, а не мне".

А уж если вспомнить, что Бог Дунса Скотта может произвольно менять мнение насчет А, то и вообще философам и богословам становится скучно. У них отнимают их общеобязательные истины, это все равно что физику сказать, что то, что выполняется у него в лаборатории, не обязано выполняться у меня в комнате. Если бы мир был таков, то все физики с ума бы сошли.

Я, кстати, не говорю, что Бог Дунса Скотта - это реальный Бог, а не философская абстракция. Я его просто приводил как пример крайней богословской позиции, в ответ на ваше утверждение, что Церковь претендует на обладание абсолютной истиной. Как видите, есть церковные святые, которые от этой претензии отказываются, и Церковь их учение не отвергает.

И кстати, есть хороший рецепт сосуществования с Богом Дунса Скотта. Надо просто Богу доверять и верить в то, что Он хоть и может попрать любую логику, но из любви к нам, раз уж мы на эту логику опираемся, Он делать этого не будет. По крайней мере, пока мы не начнем уповать только на логику или махать ей как дубиной с целью чмырения ближнего.

"Консенсусный" христианский Бог не так непредсказуем, как Бог Дунса Скотта, но, безусловно, имеет некоторые его черты. И рецепт выше к Нему вполне применим.
осенняя мордочка

Comments: New Asceticism

Кмк, в современном мире, в условиях материального изобилия, повышается ценность аскезы. Иначе в лучшем случае станем такими жирными, что перестанем пролезать в двери, а в худшем - устроим постановку "Хищных вещей века" на всю планету, слег там всякий и вот это все.

Современные "смотрящие по шансону идеологии" это, в принципе, понимают - отсюда вся эта экология и зеленые, экономь воду, экономь то-се, и отсюда же вся мода на ЗОЖ и, прости Г-ди, фитоняшки. Людей по новой приучают к аскезе, а то распустились тут со своим разумным эгоизмом и гедонизмом как двигателем экономического роста.

Плюс решается дополнительно проблема растущего социального расслоения, которое, в отличие от традиционной деревни, лезет всем в глаза и не имеет обоснования, за какие такие заслуги богатый богат. Вот бедного человека теперь заново приучают гордиться своей умеренностью и праведностью. "Ну да, я нищеброд, но зато я стройный и экономлю воду, в отличие от жирного адвоката в своем гольф-клубе" Жирные адвокаты, впрочем, тоже худеют и начинают косить под зеленых, покупая Теслы - и хорошо, меньше лезут в глаза со своим богатством тому абсолютному большинству, которое живет от зарплаты до зарплаты. Так и раньше было, всякие бароны босиком на богомолье ходили - недалеко, конечно, но нужная видимость создавалась.

Соответственно как открутить назад сексуальную революцию - это не проблема вообще, придут ханжи и феминистки, уговорят девушек, что выглядеть привлекательно дурно, приплетут объективацию какую. Плюс убедят их в том, что непрошенный поцелуй в щеку, не говоря уж шлепок по заднице - такая поруха девичей чести, что надо поднять на уши весь университет. Я вон почитай год получаю апдейты про то, как на кампусе ловят эксгибиционистов, кому-то не лень позвонить в полицию из-за того, что ему или ей из окна машины показали половой хуй (при том, что забава, именуемая mooning, была еще 20-30 лет назад адово популярна).

Ну и будет у нас новое викторианство - юноши будут стоять от девушек на расстоянии метра, мало ли что, девушки начнут носить юбки в пол и просторные штаны, чтобы не объективироваться, ну и кому охота попасть в ситуацию, когда надо звонить в полицию и устраивать скандал. Нормальным людям неохота, нормальным людям проще не краситься и юбку в пол.

Другое дело, зачем все это, какова у аскезы цель. Раньше-то понятно, в рай попасть, а теперь с целью аскезы плохо. Старое понятие о благе порушили, а голым гедонизмом не проживешь, бредем от него в "ледяную пустыню, по которой бродит лихой человек" (с) Победоносцев. Я реакционер, я считаю, что надо держаться корней и возвращаться к религиозным запретам, там все обоснования аскезы давно подбиты и друг к другу подогнаны. Современное общество пытается придумать что-то еще, возможно, лажанется и вернется к религиозным запретам, возможно, придумает какую-нибудь тюремную систему общества типа общины Кальвина. Многие, многие, чающие свободы, "запрещать запрещается" и "что никому не вредит, то можно" будут сильно разочарованы.

Ну и да, сильно не хватает карнавала, протестантсткая мораль довольно душная, она слишком всерьез и без понятия о том, что такое послабление (ну что оно не навсегда и обязательно зачем-то). Западная мораль радикально протестантская, не повезло нам жить в эпоху ее господства. Те же радикальные исламисты, вид сбоку.
осенняя мордочка

Comments: Either-Or Fallacy

И вот кстати. Очень часто призыв "кончать с war on drugs" совпадает с призывом к лигалайзу во все поля, уж не знаю, как у вас. Либо war on drugs, либо лигалайз, tertium non datur.

Помимо очевидного пелевинского Collapse )