May 12th, 2008

осенняя мордочка

Victory Day

День Победы я провел не только в дороге, но и за рулем арендованного корыта марки Мустанг. Посему тяпнуть коньячку из заначки за упокой своих дедов и бабок у меня не получилось. Сей печальный факт пробудил во мне классовую злость, и я ввязался во флейм по поводу роли союзников в победе над Германией.
Флейм начался нестандартно – с предложения русскоязычных американцев почтить вставанием могучий вклад Штатов в победу над фашистской военщиной. Простые русские люди, разумеется, ответили недоумением, какая может быть благодарность тем, кто сначала пытался откупиться лендлизными студбеккерамми, пока за Перл Харбор не взяли, а потом два года косил от открытия второго фронта. Флейм возгорелся и заполыхал, как костер на значке октябренка.
Ближе к концу флейма, когда я уже успел перечитать любимые места из Уловки-22 о героических боях в небе Италии и даже рявкнул «Гитлер капут!» над ухом немца, бессовестно пившего на местном фестивале сирени дрянное американское пиво, мне стало интересно, с чего бы американцам, даже русскоязычным, флеймить про День Победы. Ведь есть у них свой собственный День Памятников в конце мая. Видимо, сильна-таки русская кровь: тянет их 9 мая отпраздновать, тянет с безотчетной и неодолимой силой, а хряпнуть водочки под русскую память и советские песни уже паспорт не дает. Вот флейм и получается.
…Помню, в первые свои месяцы в Америке полез я в библиотеке на верхний этаж за местным учебником по матстату и наткнулся на учебник русский, на титульном листе которого твердой рукой неизвестного студента было выведено: «Красная Армия всех сильней!» И хотя я был и остаюсь антисоветчиком, равно как, вероятнее всего, и неизвестный студент, написавший на учебнике эту фразу, вид данной надписи на учебнике в американской библиотеке меня несказанно порадовал. Потому что Красная Армия все-таки состояла из русских солдат.