Category: компьютеры

Category was added automatically. Read all entries about "компьютеры".

осенняя мордочка

Aftermath

Сегодня в честь университетского Дня снега, традиционно являющегося внеочередным выходным, я снова проснулся заполдень. В интернетах творилось странное: катаклизмированные трейдеры Нью-Йорка, которых тоже завалило с утра снегом, уронили к Обамовой матери весь рынок, подстегиваемые очередным заявлением правительства о планах выхода из кризиса. Оказывается, штатовское правительство тоже хочет как лучше, а получается как всегда. Не менее странное творилось с моим университетским компьютером, на котором я привык работать из дома: судя по всему, вчера он нагло вырубился и больше пускать меня не хотел. Не сказать, чтобы у меня было сильно рабочее настроение, но сегодня был последний день, чтобы заслать статью на флоридскую конференцию, а когда за окном сугробы и легкий морозец, сделать это хочется с удвоенной силой.
Снег к середине дня довольно сильно подтаял, оставив на наших машинах милые мокрые сугробчики. По асфальту струились потоки воды, в овражке в соседней рощице звонко журчала вода, возвещая русскому сердцу, что вот она, настоящая серьезная весна, не то что там всякие нарциссы в начале февраля. Мы с женой некоторое время побегали вокруг своих машин, перекидываясь снежками, и даже попали по китайцу, которого поработили наши кавказские братья: сегодня, как и каждый Божий день, он старательно чистил Хундаи Азера.
На пустынном вымершем кампусе, куда мы неспешно прибыли, двигаясь по улицам, забытых Богом и снегоуборщиком, творился ебаный пиздец и прочие разрушения. Первыми жертвами снегопада стали южные магнолии, которые посчитали ниже своего достоинства сбрасывать на зиму свои огромные восковые листья. Многие магнолии были разломаны навалившимся снегом вдребезги пополам и загромождали проход. Вечно цветущие японские камелии были согнуты шапками снега в дугу, но большинство проявили японский характер и не сломались, даже будучи выставлены раком. Нарциссы, подснежники и прочая наземная флора были запилены в ноль. На крыльце родимой бизнес-школы стоял снеговик, а рядом с соседним зданием восседал статуй какого-то отца-основателя, но на этот раз восседал смачно – с огромным снежным хуем наперевес. Мимо школы, присвистывая в кулаки и подвывая от холода, бежали южные студенты в шортах и сандалиях на босу ногу.
В самом здании школы из всего личного состава обнаружились лишь профессор-канадец, родившийся и выросший в Калгари, где московские морозы не считаются за мороз, а с гор несколько раз за зиму прилетают и не такие снегопады, профессор с пеннсильванским стажем, который водит только полноприводные машины, а придя с мороза в любое помещение, требует водки, и китаец, который, судя по его несерьезной курточке, дошел до университета на лыжах. Компьютер находился в полностью выключенном и разобиженном состоянии, и включаться сначала не желал, но потом снизошел к моему стремлению улететь от местных ужасов в теплые края и дозволил мне отослать мою писанину во Флориду.